Mottisfont_Abbey_Garden.jpg
ЦЕРКОВНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
СРЕТЕНСКИЙ ЛИСТОК
listok
ПРАВОСЛАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

Записи с меткой «проповедь»

Неделя 11-я по Пятидесятнице

В сегодняшней притче мы слышали о том, как некий царь решил спросить долг у своего должника. Долг в десять тысяч талантов.

Десять тысяч талантов золота, если переводить в вес, это несколько сот тонн золота. Но на самом деле это не говорит о величине этой суммы. Вспомним, что в период расцвета Израильского царства во время царя Соломона налогов поступало в казну всего 666 талантов. То есть 10 тысяч талантов это 15-ти летний бюджет Израильского царства. С чем сравнить эту цифру сейчас? Не с миллиардом долларов, не с десятью миллионами, не с десятью миллиардами, а наверное, с несколькими триллионами долларов США. То есть сумма невероятна, которую невозможно заработать, невозможно и её отдать.

Господь в этой притче показывает нам, что человек безмерно должен Ему, должен саму жизнь, само существование, само бытие за то, что Господь постоянно помогает нам в нашей жизни, сохраняет нас, питает нас силой, разумением, а главное, дарует нам возможность спасения. Господь совершает для этого человека чудо — прощает ему весь долг. Что же делает этот человек? Он идет, находит своего должника, который должен ему не в пример меньше — всего лишь сто динариев, и влечет его в темницу.

Это образ мышления плотского человека. Максимум на что падшее человечество на нравственном уровне дошло, это до возвеличивания принципа справедливости, того принципа, который можно проиллюстрировать словами «око за око, зуб за зуб» (Исх. 21, 24). Этот иудей, а притча была обращена к иудеям, безусловно поступил по закону. Он имел право требовать возмещения долга, имел право совлечь своего должника в темницу. Но Господь показывает нам, что этот принцип, который главенствует в нашем мире, он исключает принцип Царства Небесного. А принцип Царства Небесного — прощайте долги должником вашим, прощайте грехи, и Отец ваш Небесный отпустит вам грехи ваши.

Мы говорим, что государство цивилизованное тогда, когда в нем главенствует закон. На самом деле это та же самая реализация принципа «око за око, зуб за зуб»(Исх. 21, 24). Государство через свои институты обещает человеку, даже бедному, даже безвестному защиту от богатого и сильного. Обещает, что воздаст ему по заслугам его еще в этой жизни. И человек современный, как и древний человек, пропитан этой мыслью о воздаянии. О воздаянии за добро добром и злом за зло. В сердце падшего человека в ответ на оскорбление и обиду неминуемо рождается негодование. Он желает воздать злом за зло. Это естественная реакция человека, пораженного грехом. Человек даже если его обидчик сильнее его или их разделяет расстояние или время или другие обстоятельства, если он не воздал обидчику злом, то зло все равно притаилось в его сердце. И он однажды ужалит другого человека, а тот ужалит третьего и так далее.

Зло распространяется как вирус, передаваясь от одного оскорбленного к другому, умножая себя и не имея никаких препятствий для своего распространения. Но Господь в этой притче говорит о принципе, который выше принципа справедливости — о принципе прощения обид, о принципе безоговорочного милосердия, когда в ответ на свое прощение мы не ждем никаких услуг. Мы не ждем никакого воздаяния. В этой притче помилованный при всем своем желании, при всей своей благодарности никак не может воздать Богу за помилование. Слишком велика сумма. Никакими услугами, никакими дарами он не способен покрыть совершенное Богом чудо, чудо Божьего милосердия.

Вот этот принцип — принцип Царствия Небесного, Господь огласил и сделал известным для всех нас. Если в Ветхом Завете это принцип не был законом. Одни люди были милосердны, могли прощать грехи, то в Новом Завете, в наше время, мы все призваны к тому, чтобы прощать ближнему его согрешения, его долги. Мы часто боимся это делать по причине того, что мы думаем или нам кажется, что если мы начнем прощать обиды, если мы начнем прощать ближнему грех в отношении нас, то зло, которое он причинил нас заживо съедят и мы окажемся в этом мире слабыми, окажемся мальчиками для битья. По этой причине мы стараемся защищаться, защищать свои права. Тем более этому учит нас пропаганда, которая сейчас в мире, о том, что мы должны отстаивать свои права, отстаивать свое человеческое достоинство.

Но этот принцип, надо помнить, он не христианский. Христианский принцип заключается в прощении врага своего, в том, что мы должны творить добро ненавидящим нас, любить врагов наших. Христиане призваны именно к тому, чтобы быть «не от мира сего». Как Господь сказал о Себе: «Мое Царство не от мира сего». И принципы и правила Царства Небесного они не от мира сего. Они соединяют нас не с этим миром, а именно с Царствием Божьим, которое, Господь сказал, «внутри вас есть». Человек, который незлобив, который прощает ближним и врагам своим, уничтожает это зло, которое образуется в его душе по причине оскорбления или обиды, причиненной ему. И наступает прерывание вот этой цепочки передачи зла от человека к человеку. Как христианин, который истинно прощает окружающим его обиды, он становится тем участком, той частичкой пути, который прерывается на нем. Он не передает зло дальше.

Посмотрим на самих себя. Мы часто общаемся с другими, словно запершись в броню, в какую-то крепость, боясь сказать что-то лишнее, боясь другого оскорбить, обидеть, потому что ожидаем от него такой же реакции. Это показывает, что мы в постоянном напряжении. Поэтому не случайно рядом со святыми очень многие приходили к вере. Рядом со святыми человек чувствует легкость, светлость, чувствует, как благодать касается его сердца. И напротив, зло, затаенное в душе, желание мести оно как бы под спудом хранится в нашем сердце и отравляет все наше существование.

В Киево-Печерской Лавре жили два монаха, которые однажды поссорились и враждовали долгое время. И вот один из них оказался на смертном одре и передал через братий-монахов попросить у другого брата прощения. Тот отказался простить его. Когда братия привела того монаха к одру умирающего, и тот испрашивал прощения у своего брата. Тот ответил: не примирюсь с тобой ни в этом веке, ни в будущем. Как только он это сказал, то упал и умер здесь же у ног своего брата.

И вот, сегодня, разбирая эту притчу, мы должны все с вами понять одну простую вещь, которая обращена к каждому из нас. Она не как некая недосягаемая вершина, на которую можно взирать, но никогда не дерзнем добраться до нее. Она для нашей практической жизни очень важна, чтобы мы сроднялись с ней. Многие святые подвижники, святые отцы особенно последних времен говорили, что ничто так не очищает душу, как клевета, напраслины, обиды, которые человек благодарно и незлобиво терпит. Никакие поклоны, даже молитвы не идут в сравнение с этими скорбями, которые человек терпит.

Поэтому призываю вас всех к тому, чтобы в первую очередь помнить о не осуждении, помнить о том, что прощение ближнего это не только благо для него, а для нас самих. Оно соединяет нас с Богом, с ангелами и со святыми. Спаси всех Господь.

optina.ru

ВСПОМИНАЯ СВЯТЫХ АПОСТОЛОВ

Давайте вообразим, что апостолы пришли к нам сюда, посмотреть на жизнь сегодняшних православных. Что бы они сказали? Узнали бы они в нас христиан или нет? Что бы написал апостол Павел в послании к Грекам, или Русским, или Сербам? Что апостол Пётр написал бы в своём соборном послании, обращённом ко всем христианам? Даже трудно себе представить.

Когда мы читаем послания апостолов, мы видим, что они не считались ни с какими условностями, не взирали на лица, но говорили слово евангельской правды. И, я думаю, что это апостольское слово евангельской правды, обращённое сегодня к нам, нас, конечно, очень бы обличило.

Но обличение полезно и даже жизненно необходимо для христиан. Вот и давайте попробуем приложить это обличение к себе. И именно к себе лично – не будем осуждать ни других людей, ни нашу общественную и церковную действительность, а только лишь самих себя. «Если бы вы сами себя судили, то не осудились бы с миром», говорит апостол Павел (ср. 1 Кор. 11, 32). Но как это сделать?

Это очень просто. Нужно вот именно что обратиться к апостолам, поставить себя как бы в их присутствии – и задавать себе этот вопрос: а что бы они сказали, глядя на нас? Соответствует ли наша жизнь тому, о чём пишет апостол Павел в 12-й главе своего Послания к Римлянам или в 5-й главе Первого послания к Фессалоникийцам? Стяжали ли мы в результате нашей церковной жизни сокровенного сердца человека в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа (1 Петр. 3, 4)? Если не стяжали, если наша жизнь хоть в начатках, хоть в малой степени, не соответствует апостольским наставлениям – то какой прок в нашем хождении в церковь?

Об этом нужно очень серьёзно задуматься. В девятом члене Символа Веры мы исповедуем Церковь апостольской – и это не только потому, что она непрерывно тянется от апостолов до наших дней, но потому, что мы сами должны быть «апостольскими» по духу, по силе своей, по любви ко Христу и к ближним, по исполнению заповедей Божиих.

А кроме того, нельзя забывать и о том, что вместе со Христом апостолы сядут на двенадцати престолах судить нас. И в свете их жизни, в свете их посланий нужно к этому готовиться. Нужно стараться быть христианами не по тем или иным представлениям, которые у многих людей ассоциируются с Православием – националистическим, государственническим или ещё каким-то, – а в свете именно апостольского духа и апостольского учения.

И поэтому лучшим празднованием сегодняшнего дня будет, если мы после умеренного разговения, которое столь долго в этом году ожидалось всеми, обратимся к чтению апостольских посланий, и прочитаем хотя бы те две главы из посланий апостола Павла, о которых я только что сказал. И не только в сегодняшний праздник, но и каждый день будем усердно читать Новый Завет; и, конечно же, не только читать, но и поступать так, как в нём написано. И это принесёт нам великую благодать Божию, которая, по молитвам святых апостолов, послужит всем нам ко спасению.

игумен Петр (Мещеринов)

В ДЕНЬ СВЯТЫХ АПОСТОЛОВ ПЕТРА И ПАВЛА

peter-paul-cora-church-istanbul

Мозаики Церкви Христа Спасителя в Полях (Церковь Хора), Стамбул, Турция XIV век

Каждый христианин несет на себе печать апостольства, каждому дано то же самое служение и та же самая полнота жизни в Боге, которая была дана апостолу Петру и апостолу Павлу. Не плоть и кровь, а Сам Господь открывает каждому из нас то, что Он открыл Петру, что Христос есть Сын Бога Живаго. А передать правду о Боге можно только своей любовью к Богу. Никак по другому апостольство не совершается, никаким другим образом нельзя о Боге рассказать, никак иначе нельзя передать свою веру, как только живя настоящей любовью ко Христу и к ближнему.

Сегодня мы отмечаем память святых верховных апостолов Петра и Павла. И Церковь наша так и называется, Апостольской.  Когда мы произносим Символ веры, мы говорим, что веруем во Единую Соборную и Апостольскую Церковь. Мы должны понимать эти слова не только в том смысле, что наша Церковь основана Апостолами. Апостолы получили благодатные дары в день святой Пятидесятницы и передали их всей полноте Церкви через иерархию, которую они установили, и поэтому наша Церковь хранит и апостольское Предание и благодатные дары Святаго Духа. Но не только поэтому наша Церковь называется апостольской. Все  члены нашей Церкви, кто являет собой частичку Тела Христова, должны иметь признаки апостольства. Каждый человек сам по себе и все вместе в совокупности Церковной, должны представлять собой ту единую апостольскую общину, которая была призвана Христом сначала в лице апостолов, а потом и всей Церкви.

Церковь имеет признаки апостольской Церкви, тех самых апостолов, память которых мы сегодня совершаем, и прежде всего, святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Какие же эти признаки, которые наша Церковь в лице святых апостолов должна иметь? Чем мы должны апостольски являть себя миру?

Давайте посмотрим, какими являются наши первоверховные апостолы Петр и Павел. Вот мы слышим сегодня в Евангелии, как Господь говорит апостолу Петру: «Ты Петр, что значит камень, на камне сем Я созижду Церковь Свою, и врата адовы не одолеют ее». Эти слова мы обычно относим к Апостолу Петру. Петр – он камень. Он есть основание Церкви. Он тот, кому доверили ключи, он даже на иконе изображается с ключами, которыми символически отворяет врата Царства Небесного. А сам апостол Петр в своем первом послании пишет такие слова, которые относятся к каждому из нас: «Вы – царственное священство, народ избранный». И еще такие слова: «Вы, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, то есть Церковь Божию». Те же слова, которые сказал ему Христос, Апостол благодарно передает каждому из нас. Вы – живые камни, на которых стоит Церковь. Вы – те самые камни, из которых состоит Церковь Божия. И еще апостол Павел говорит в своем послании: «Вы – храм Бога Живаго, вы – Церковь Божия и Дух Божий живет в вас». Вот два таких удивительных места. И врата ада не одолеют ее, и каждый из нас является этим камнем.

В каждом из нас эти слова, которые Господь сказал Петру, должны звучать. Так же как на Божественной Литургии, каждый по отдельности и все вместе, мы являем собой Церковь. Она рассеяна по всей вселенной, но тем не менее каждый из нас является той самой Церковью, которую врата адовы одолеть не могут, потому что и Церковь, и каждый из нас имеют своим основанием Господа нашего Иисуса Христа.

А апостол Павел о своем апостольстве таким образом говорит. Мы сегодня слышали о том, как он трудился ради Христа. Сколько раз он был побиваем, сколько раз подвергался смертельной опасности, боролся со зверями, в пучине морской пребывал, постоянно находясь между жизнью и смертью. И в одном месте он говорит, что жизнь для него – Христос, а смерть – приобретение. Потому что быть со Христом для него больше всего на свете любо и дорого. Вот такое богатство у Апостолов – быть со Христом.

Христос Апостолам очень многое о Себе открыл. Они имели такой благодатный дар, что могли бы остаться с Ним наедине и прожить так всю жизнь, наслаждаясь божественным светом, который они видели на Фаворе. Затвориться от всего мира, быть в общении с Богом могли эти люди, потому что никто на свете не имел таких удивительных благодатных даров.

Но они поступили иначе. Они очень любили Христа, и Христос их научил настоящей любви. С этой любовью они пошли в мир, чтобы богатство, которое получили от общения с Христом, раздавать. Огромный мир перед ними лежал, совершенно безбожный, обезображенный, враждующий против них, постоянно пытающийся их уничтожить и в конечном итоге физически  как бы одержавший над ними победу, ведь сегодня день их мученической кончины. Апостола Павла усекли мечом, как римского гражданина, а апостола Петра распяли вверх ногами, потому что он посчитал себя недостойным быть распятым, подобно Христу, и попросил себя распять вниз головой. Мир их как будто бы победил.

Но что потом стало с этим миром? Он совершенно преобразился. Через триста лет огромный, языческий, греховный, враждующий против Бога мир стал христианским. И произошло это потому, что любовь, которая подвигла Апостолов поделиться Христом победила вражду этого мира. Это и есть признак настоящего апостольства, когда любовь двигает человека обращать мир ко Христу, и когда любовь  побеждает мир, преображает его. Апостольство – это жить в этом мире ради спасения этого мира, потому что Христос  явился на землю ради жизни мира, чтобы никто не погиб, но каждый был спасен.

Каждый христианин несет на себе печать апостольства, каждому дано то же самое служение и та же самая полнота жизни в Боге, которая была дана апостолу Петру и апостолу Павлу. Не плоть и кровь, а Сам Господь открывает каждому из нас то, что Он открыл Петру, что Христос есть Сын Бога Живаго. И это никакими доводами не докажешь, из книг не вычитаешь, никакими словами не определишь, только веяние Духа Божия сердцу человека открывает глаголы неизреченные и правду о Боге.

Правду о Боге можно передать только своей любовью к Богу. Никак по другому апостольство не совершается, никаким другим образом нельзя о Боге рассказать, никак иначе нельзя передать свою веру, как только живя настоящей любовью ко Христу и к ближнему.

Чаще всего, говоря с нашими ближними о Боге, мы пытаемся передать опыт нашей духовной жизни и, прежде всего, говорим о самих себе. Мы говорим только о том, какие мы есть: как мы себя чувствуем, что переживаем, как нам дается наша вера, какими мы видимся себе в глазах этого мира. И поэтому, когда люди слышат проповедь не о Христе, а проповеди о нас самих, такая проповедь их часто отвращает и от нас, и от Христа. Мы хотим сделать доброе, получается злое, думаем, что говорим о Боге, а по-настоящему говорим о самих себе. А люди видят нас такими, какие мы есть на самом деле: наши страсти, нашу гордыню, мелкое тщеславие, злобу, как мы держимся за себя, а не за Бога, как боимся заболеть и умереть, лишиться чего-то основательного. И люди видят, что мы говорим о Христе, а на самом деле главным для нас является совсем другое.

А вот апостол Павел, когда находился на глубине морской, тоже хотел выжить, но только для того, чтобы продолжать свое служение Богу, идти к язычникам, идти и говорить о Христе, идти и проповедовать слово Божие,  снова и снова возвещать о том, что Христос воскрес. И ничего другого у него не было, ничем другим он не жил, ни за что другое не держался.

Вот удивительно. Мы постоянно чувствуем свою немощь, жалуемся на свою слабость, говорим, какие мы бессильные. Но апостол Павел чувствовал себя самым бессильным на свете человеком, но совершал великие дела. Почему? Почему у него получается, а у нас нет? Когда дело касается каких-то житейских вещей, у нас хватает силы, ума, страстности, изворотливости, чего к угодно. Мы совершаем много дел мирских, все у нас получается. Но когда касается дела Божия, вот тут-то как раз на нас нападает немощь. Эту немощь надо уметь как-то преобразить во славу Божию, как умел это сделать апостол Павел. Путем подвига, по-другому не получается. Только подвиг совершает чудеса в жизни христианской.

Если бы мы только обладали признаками той самой Церкви, в которую мы так веруем от всего сердца, в которой мы живем, без которой мы спасти свои души не можем…

Об этом нам всем стоит задуматься. К этому нам стоит себя подвигнуть: чтобы мы по настоящему стали той самой Церковью, которая основана святыми апостолами Петром и Павлом, и в которой они являются основаниями и камнями.

протоиерей Алексий Уминский

Исцеление слуги сотника

istseleine_slugi_sotnika

В Неделю 4-ю по Пятидесятнице о.Геннадий Пугачёв в своей проповеди напомнил о том, какой должна быть наша молитва, и о том, как наши просьбы к Богу должны менять нас самих.

Слово в день перенесения мощей святителя и чудотворца Николая

«В вечной памяти будет праведник…» (Пс. 111:6).

Сегодня праздник великого праведника и угодника Божия святителя Николая в честь перенесения честных мощей его из города Мира в Бари.

Он — велик в мире. Он — велик в Церкви Христовой! И память его, начиная со дня его кончины 6 декабря 342 года, прошедшая сквозь столетия и достигшая наших дней, лучшее тому свидетельство.

Не изумительно ли, дорогие мои, что недосягаемая высота жизни святителя Николая и служения его Богу не разделяет нас с ним, но делает его особенно близким и желанным нам. А соприкасаются с ним многие и очень многие: и верующие, и неверные, и православные, и инославные — и раньше, и теперь. В чем причина такой всеобъемлющей власти святителя над людьми? Да в том, что он во всей возможной для человека полноте уподобился Подвигоположнику своему Христу, исполняя заповеди Его. А Господь сказал: «Любящих меня я люблю, и ищущие меня найдут меня» (Притч. 8:17).

От юности полюбил святитель Николай Бога, и Бог полюбил его.

А Своим избранникам Господь дает столь великую благодать, что они любовью обнимают всю землю, весь мир, и душа их горит желанием, чтобы все люди спаслись и видели славу Господню.

Собственными свойствами святой души святителя Николая стало умение любить, умение снисходить ко всякому человеку, к разным людям и дать каждому именно то, что ему нужно.

О святителе Николае, архиепископе небольшого малоазиатского городка Миры Ликийские, почти нет достоверных письменных свидетельств, но «дивен Бог во святых Своих», и Он наполнил мир великой славой деяний Своего избранника до сего дня. Сказания и предания многое сохранили из жизни святителя, а еще больше хранится известий о его посмертных чудесах.

Православная Церковь празднует память святителя Николая каждый четверг недели наравне с памятью святых двенадцати апостолов. Она празднует торжественно день его рождества 11 августа (29 июля), день его преставления 19 (6) декабря и также бережно хранит праздничную память о перенесении его святых мощей 22 (9) мая из Мир Ликийских в южный итальянский город Бари, где они покоятся и доселе. Дела жизни сохраняют предания, Господь же сохранил для нас неоспоримое доказательство величия жизни святителя Николая в его святых и нетленных мощах, источающих святое миро, как свидетельство о том, что земная наша жизнь, прожитая беспредельно в Боге, бессмертна.

Семьсот с лишним лет после кончины своей почивал угодник Божий в городе, где некогда служил. Но когда Ликийская страна была разрушена сарацинами и храм, и сама гробница святителя пришли в запустение, он явился во сне священнику города Бари в южной Италии и повелел перенести его мощи в этот город. Не захотел святитель Николай — великий ревнитель и поборник веры Христовой — пребывать святыми мощами своими среди врагов Христовых — магометан.

Тайно, без торжества и пышности, но с горячей верой и любовью, с помощью самого угодника мощи были похищены барянами и на корабле доставлены в Бари, где бесценное сокровище встречали многочисленное духовенство и верующий народ. И ожила память святого в тот момент обильным излиянием его бесчисленных благодеяний в чудесах исцеления.

Знаменательно то, что прибыл святитель в город Бари 9 мая 1087 года, в воскресный день, в день памяти святых отец Первого Вселенского Собора, того Собора, на котором святитель Николай дерзновенно воинствовал против ереси безумного Ария, наставляя Святую Церковь в истинной вере.

И опять в эти дни перенесения святых мощей, как и 762 года назад, святитель Николай дает земной воинствующей Церкви неоспоримое доказательство и свидетельство силы Божией, изливаемой в Православной Церкви через верных ее служителей. В первую ночь по перенесении святых мощей было явлено сорок семь исцелений, на следующий день — двадцать два, в среду — двадцать девять, в четверг исцелен слепой и глухонемой юноша, пять лет страдавший болезнями, в субботу исцелилось одиннадцать недужных… Исцеления продолжались. Продолжаются они и поныне. Исцелял святитель Божий Николай тела и души своих современников при жизни своей, врачует он и теперь всех, призывающих на помощь святое имя его.

Уже тысячелетие наш народ исповедует веру во Христа, и тысячу лет тут почитается имя святителя Божия Николая. К нам он пришел одновременно с Православием, его святая ревность по вере и благочестию воспитывала наш народ. Множество храмов воздвигалось его молитвой и с его именем, каждая церковь, каждый дом хранили как святыню икону святителя, имея его своим помощником и покровителем.

Нелегок исторический путь Церкви. Нельзя нам с вами, дорогие мои, забывать, что начался-то путь Христовой Церкви в Сионской горнице благословением ее основоположника Христа, и почти сразу вместе с Ним вышла она на путь страдания. И не раз уже поднималась она на своем пути на Голгофу. И по тому, сколько пережила Церковь смертей, давно бы ей уже не быть на лице земли.

Но она жива! «…созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют её«, — сказал Господь (Мф. 16:18). Жива Церковь Господом и молитвами святых своих, которые, пройдя крестный путь жизни и все претерпев, получили силу за верность свою войти в Церковь Торжествующую Небесную и стать столпами Церкви земной.

Святителю отче Николае, помогай нам, ведь ты столп и нашей Церкви! Помогай нам, ведь по-прежнему дух века, дух мира сего дышит на нас, на Церковь своим смрадным дыханием, поражая нас маловерием, малодушным неверием и убийственной холодностью к вере.

Будем же помнить и приводить всегда на память потрясающие слова святого праведного Иоанна Кронштадтского, обращенные к нам: «Множество существует отдельных вероисповеданий христианства, с различным устройством внешним и внутренним, с различными мнениями и учениями, нередко противными Божественной истине Евангелия и учениям святых апостолов, Вселенских и Поместных Соборов и святых отец. Нельзя считать их все за истинные и спасительные: безразличие в вере или признание всякой веры за одинаково спасительную ведет к безверию или охлаждению в вере, к нерадению об исполнении правил и установок веры, к охлаждению христиан друг ко другу«.

«… Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу» (Лк. 22:31). Это он, сатана, и сделал, и делает, то есть породил расколы и ереси. Строго держись единой, истинной веры и Церкви: «…один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех» (Еф. 4:5-6). А для этого борись со всяким злом, немедленно гаси его, воюй с ним данным тебе от Бога оружием святой веры, Божественной мудрости и правды, молитвою, благочестием, крестом, мужеством, преданностью и верностью. Будем все всегда помнить и сознательно исповедовать Символ святой Православной веры, будем в Боге и с Богом.

Мы с вами, дорогие мои,— чада Святой Православной Церкви не по праву нашему, но по любви Божией к нам. И любовь эта безгранична, она не зависит от времени, но всегда имеет силу. И любовь эта сохранит нас во все дни до скончания века.

Святителю отче Николае, моли Бога о нас! Аминь.

архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

I Вселенский собор открыл картину мира невероятной красоты

В самом деле, Кто Он, Сын Божий?

Казалось бы, такой важный вопрос, но почему-то многих он не волнует до самой смерти.

Для кого-то Бог – это высший разум. Для иных Он кто-то похожий на ночное небо, которое иногда отвечает наитием чувств на сердце, но больше молчит. Для кого-то Бог – просто статичный образ с иконы. Господь так же вот, как на изображении, неподвижен, внимателен, строг и молчалив. И люди разговаривают с этим изображением как живым Богом. Для кого-то Бог – это кто-то неопределенный как живой туман или океан Солярис. А для кого-то Он просто черный экран неведения

Странно. Мы говорим, что любим Бога, а не знаем и не хотим знать кто же такой Христос.

Богочеловек. А что это такое?

Сын Божий. Как это?

Господь. Какова Его держава?

Нам известно, что ничего не известно. Но мы спокойно живем, молимся, готовимся к загробной жизни, не зная, с кем нам предстоит жить после смерти и как-то нас это мало заботит.

Кого любишь, того хочешь знать. Кого любишь, хочешь понимать. Кого любишь, с тем хочешь жить. Когда окончился христианский холокост первых веков христианства, люди воспряли умом, собрали интеллектуальные силы и задумались о том, кто же есть наш Бог по отношению к нам, по отношению к Вселенной и какова природа божественной Троицы. И сразу пошли ошибки.

Пришел Арий и сказал: Христос есть творение. Христос не Бог. Условно, – это просто очень хороший человек, которому Бог дал особенную благодать.

Как это понять?

То, что Христос не есть Бог, означает то, что в Его природе нет ничего божественного, следовательно, воскресение и царство Христа лежит в материальном мире. И, следовательно, нам надо устраивать царство Божие на Земле, а не небе. И, следовательно, раз мы похожи на Христа, и в нас нет ничего от Бога, то и после смерти нам нечего ждать бессмертия того, чего в нас нет – божественной души. Значит, пей и веселись душа тут, пока не померла. Значит, на Страшном Суде мы можем сказать Богу:

– Ты не можешь меня судить. Ты Сам не страдал в этой плоти, а с нас требуешь святости. А это не справедливо и суд Твой нечестный.
Казалось бы, такая мелочь, а какие грандиозные последствия может повлечь такая микроскопическая ошибка. Она как вирус в состоянии была убить христианство. Вот ради предотвращения этой опасности и собрался Первый Вселенский собор. Он должен был ответить на вопрос:

– Кто такой Христос и во что мы верим? Кто такие лица Троицы, и как в этой Троице они соединены в одно целое так, что единосущна и нераздельна в одно и тоже время.

Это совсем не теоретический вопрос. В виду того, что мы створены по образу и подобию Бога, ответ на этот вопрос позволяет и нам понять кто мы такие? Тварь, на главу которой сошла Божия сила? Мимолетная тень Бога, подобная тени облака? Дети Бога или Его пасынки?

Соборная мысль церкви нашла ответ: В Христе две природы. Божественная и человеческая. В Торице Лица соединены ипостасно. Их сущность описывается понятием «усия».

Все не так сложно.

Ипостась – это лицо. Например, есть замысел Бога о человеке. И есть мы – разные варианты воплощения этого замысла- все мы человеки. Но, несмотря на разность судеб, характеров и внешности, нас объединяет одна человеческая природа. Так и в Боге. В Нем есть разные Лица, но они объединены общей сущностью Бога – усией. А усия – это понятие, которое выражает сущностное единство Бога.

Сила решения Первого собора состояла в предвосхищении человеческого разума интегрального способа мышления. Он позволил понять то, до чего не смог догадаться прямолинейная античность: Усия может быть сложной и составной, а ипостась троична. У Аристотеля от такой находки сломался бы компьютер в его голове. Впрочем, у него бы там не поместился и интеграл, и многомерность мира, и корень из минус единицы и криволинейные пространства Лобачесвкого. И это не беда.

Причем доказательства троичности Бога были приведены не только силой интеллекта Василия Великого, но и явлены Самим Богом через Спиридона Тримифунтского. Неученый епископ Крита, вышел на середину спорящего собрания, взял кирпич-плинфу, сжал ее и из не вышли огонь, вода и глина. Так святитель показал, как сущность может быть многосоставной.

Изо всего сказанного святые участники Собора сделали вывод потрясающей важности: Христос не просто хороший человек, наделенный силой Бога. Он отчасти человек, а отчасти Бог.

И, самое важное для практического ума христиан: мы – дети Бога. Не по названию, ни условно, не ради красного слова, а по подобию нашей духовной составляющей духовной составляющей Христа. Мы не плоть от плоти этой земли. Мы на ней божественные пришельцы. Мы Божии. В нас есть капля Бога. Она вложена туда при рождении и крещении. Бог входит в нас в причастии. И благодаря этой божественной составляющей, мы после смерти не умрем, как «просто хороший человек», одаренный силой свыше, а вернемся домой, к Отцу.

Священник Павел Флоренский говорил о том, что человек не только усия, но и ипостась, все у нас как у Бога. И даже свобода и воля, которая нас или соединяет с Богом или разлучает.

Всю нашу жизнь мы торгуемся с Богом на предмет нашей свободы. Всю нашу жизнь мы боремся с ближними за право быть самими собой. Всю жизнь мы бережем свое драгоценное Я.

И вдруг, Первый вселенский Собор, открыв тайны природы Христа дает нам откровение о самих себе и о своей свободе и тайне личности.

Если мы подобны Богу, если мы сродни Богу, то суть нашей личности в Боге. И тем более наша личность становится свободна и тем более она раскрывается, чем меньше она борется за себя, и чем больше она отказывается от себя в пользу Бога. Чем больше в нас Бога, тем полнее мы реализуемся в жизни. Тем свободней наша душа от горя, бед, страстей и тяжких оков плоти и материи. И, наоборот, чем больше мы боремся с нашими близкими, чем больше мы навязываем себя миру, чем больше мы пытается покорить себе вселенную, тем ближе мы стоим к смерти, тем больше над нами власти горя и страдания.

Наша личность только тогда личность, когда она вполне реализуется в Боге, а не тогда, когда мы что-то доказываем о себе и настаиваем на своем. Настаивая на своем, мы отдаляемся от Бога и престаем быть личностью. Тогда мы становимся не детьми Бога, а скорее, зверем. Лишаясь духовности, мы каменеем в материи, как соляной столп жены Лота.

Этот парадокс есть следствие открытия в Христе двух Его природ – Божественной и человеческой Человек – это не природное явление. Это духовно-плотское существо

Таким образом, Первый Вселенский собор не только абстрактная богословская конференция, постулирующая богословские аксиомы, но, косвенное, откровение Бога и о нас. Бог дает потрясающее знание через Христа: мы наследники божественной фамилии. Мы наполовину небожители.

Такого еще не было в истории человечества, чтобы вера и Бог сказали человеку:

– Вы боги по благодати. Ваше подобие Богу не формально и не является фигурой речи

Задумаемся: мы – боги!

С одним условием. Божественность в нас только закваска. Мы потенциально боги, а актуально мы те, кем сами захотим стать. Если захотим стать богами, так как это предначертано, мы должны свои ум, сердце и жизнь сочетать с жизнью Бога. И тогда мы обретем и другие дары Бога, такие как бессмертие и благодать. Нет? Умрем, как умирает цветок или гаснет звезда. Мы станем тенью сухой травы

Если бы прогремели трубы, раскрылось небо и ангелы бы прочли нам послание Бога о том, что мы боги, то это было бы не так убедительно, как то, что человек сам себе добыл трудное знание о себе и Боге. Чудо небесного откровения вскоре бы забылось, превратилось в миф или сказку и растаяло во времени. Но здесь, не так. Человек сам дошел до откровения умом и силой интуиции Духа. Когда человек доходит сам и остаются инструменты доказательства, то такое знание остается в душе человека навечно. Свое, добытое, понятно как добытое – это навсегда. Бог знал нашу недоверчивость и позволил нам самим убедиться в правде и истине. Он, конечно, помогал, но как всегда остался в тени, сделав большую часть работы за нас

Первый Вселенский собор открыл картину мира невероятной красоты – Бог пронизывает Вселенную лучами благодати и действием Святого Духа. Мы в этой картине, существа мало чем умаленные от ангелов и сущность наша заключена в сверкающем великолепии духа, вложенного в нас Богом. При этом, Бог разрешил нам этом распорядиться этим сверкающим и драгоценным даром так, как мы посчитаем нужным. Ведь мы же боги! На нас нельзя давить. И Он не давит, предоставляя право божественной свободы и любви

В истории человечества не было более прекрасного дня, за исключением Троицы, когда бы Бог показал человеку как он велик, свободен и одарен, как настоящий бог. Все то, до чего до сих пор догадывались иные религии, не идет ни в какое сравнение с этим откровением. И, сколько бы не думали и не искали люди иного, лучшего, более высокого положения для себя, они просто не смогут его найти. Здесь дан абсолютный максимум. Просто нет других философских и богословских вариантов, более лестных для нас, чем те, что принес нам Христос и открыл нам Первый Вселенский собор.

Господи, не дай никогда забыть, что мы сотворены тобой в Твое подобие.

Господи дай нам быть достойными твоих божественных даров и доверия!

Так будем же любить Бога, за Его любовь и за Его дары, потому что эта любовь делает нас свободными, светлыми и сильными. В ней мы находим самих себя. В ней мы находим свою малую троицу – семью, народ и церковь. В ней мы находим то, чего больше найти нельзя – Бога.

священник Константин Камышанов

Вознесение Господне

После Своего Воскресения Господь наш Иисус Христос в течение сорока дней пребывал на земле. Как только Он воскрес, Ему уже подобало быть на небесах, но Он остался на земле, чтобы уверить всех в действительности Своего Воскресения. Своим святым апостолам Он “явил Себя живым, но страдании Своем, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием” (Деян.1,3).

Христос вознесся на небо с горы Елеонской (Деян. 1,12), где так часто проводил ночи в молитве, где предал Его Иуда, откуда начинался Его голгофский путь.Христос возносится на небо, где подобает Ему быть и где Он должен приготовить место для нас: “Я иду приготовить место вам” (Ин.14,2).

Как в Ветхом Завете первосвященник входил во святая святых, чтобы ходатайствовать за людей перед Богом, так и Христос возносится на небо, “чтобы ходатайствовать за нас” (Евр.7,25). Уже одно Его присутствие на небе достаточно для нас, ибо Освятивший и Возвысивший в Его Лице человеческую природу покроет милостью и тех, ради которых: Христос принял человеческое естество. Итак, “нисшедший, Он же есть и восшедший превыше всех небес, дабы наполнить все” (Еф.4,10).

Христос вознесся на небо Своею божественною силою. Облако, которое сокрыло Его от очей апостольских, было не средством перенесения, а почестью Божества, как и слава Бога Израилева в виде облака наполняла скинию. “И покрыло облако скинию собрания, и слава Господня наполнила скинию” (Исх.40,34). Место Его после Вознесения — место “превыше всех небес”.

Почему же апостолы после Вознесения, разлучившись со Христом, возвращаются во Иерусалим без печали, а с радостью? Они запомнили в первую очередь обещание Христово: “Се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь” (Мф.28,20). Он, вездесущий и все исполняющий, всегда с нами и Своим Божеством и Своим человечеством: в мире, в Церкви, в Евхаристии, в жизни, в душе.

Вознесение Христово укрепляет нашу веру, которая и состоит в том, чтобы верить в невидимое. Велика была заслуга апостолов, ибо они через видимое человечество Иисуса Христа уверовали в Его Божество. Но еще большая заслуга тех, которые верят в Него, не видевши: “Блаженны не видевшие и уверовавшие” (Ин.20,29).

Вознесение Христово утверждает нашу надежду. Уже сам факт, что Христос человеческую природу вознес на небо, дает нам надежду, что и мы там будем. Кроме этого, Сам Христос говорил: “И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я” (Ин.14,3).

Вознесение Христово возгревает в нас любовь к небесным предметам. Апостол Павел говорит: “Ищите горнего, где Христос сидит одесную Бога; о горнем помышляйте, а не о земном” (Кол.3,1 — 2); ибо “где сокровище ваше, там будет и сердце ваше” (Мф.6,21). А о том, что Дух Святой есть та самая любовь, которая направляет нас ко всему небесному, говорит Божественный Учитель Своим ученикам: “Лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам” (Ин.16,7).

“Что далеко от очей — далеко от сердца”. Эта пословица справедлива только в отношениях между людьми, но не в отношении человека к Богу. Здесь вернее будет обратное: “Далеко от очей — близко сердцу”. Но ведь и по Вознесении Христос не сокрылся от взоров человеческих: Он явился на пути в Дамаск, чтобы из Савла, преследовавшего Церковь, сделать апостола народов (Деян.18,8). Можно с верой принять, что являлся Он, вероятно, и Своей Пресвятой Матери, пока Она пребывала на земле. Являлся Он многим святым угодникам. Увидим мы Его при кончине мира, когда Он придет судить мир.

Главным делом для нас должно быть старание, чтобы в тот последний день показать праведному Судии и засвидетельствовать перед Ним, что Его Вознесение действительно было для нас укреплением веры, утверждением надежды и возгреванием любви. Если это совершится, тогда мы услышим из уст Божественного Спасителя: “Приидите… наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира” (Мф.25,34).

Блаженнейший митрополит Владимир

Неделя 6 по Пасхе. О слепорождённом

Мы слышали сегодня рассказ о слепорожденном. Мы не знаем опытно, что такое телесная слепота; но мы можем представить, насколько этот человек был замурован в самом себе, насколько весь окружающий его мир существовал для него лишь как отдаленное звучание, нечто, чего он не мог вообразить, представить; он мог придумать мир вокруг себя: он мог на ощупь, на слух сколько-то представить себе то, что его окружает; но полная, совершенная реальность ускользала от него.

Мы не слепы физически; но сколь многие из нас замкнуты в себе! Кто из нас может сказать, что он настолько открыт, что он способен воспринимать мир во всей его широте, во всей его глубине? Мы встречаем людей и видим их своим взором, но часто ли случается, что за внешними очертаниями, формами, всей внешностью мы прозреваем что-то глубинное в человеке? Как редко мы взглянем в глаза человека и поймем его до глубины! Мы окружены людьми, и каждый человек – единственный для Бога; но единственен ли для нас каждый человек? Разве вокруг нас не просто „люди”? Да, у них есть имена, фамилии, прозвища, мы можем их узнать по внешности, но мы их не знаем на сколько-нибудь значительной глубине…

Таково наше положение; мы слепы, мы глухи, мы бесчувственны к внешнему миру; а между тем мы призваны читать знамения. Когда мы встречаем кого-нибудь, мы должны бы подходить к этому человеку как к тайне, то есть как к чему-то, что мы можем открыть для себя только глубоким общением, войдя в такие взаимоотношения, может быть, безмолвные, может быть, облеченные в слова, но столь глубокие, что мы можем знать друг друга – не так, конечно, как Бог знает нас, но знать друг друга в свете Божием, просвещающем каждого из нас и всех нас.

Более того: мы можем, каждый в меру своих сил, своих дарований совершить то, что сделал Христос. Он отверз глаза этого человека. И что тот увидел? Первое, что он увидел, был лик воплощенного Сына Божия; иначе говоря, он увидел любовь воплощенную. Когда его очи встретили взгляд Христа, он встретил Божие сострадание, Божию любовь, Божию глубокую заботу и понимание. Точно также многие люди могли бы начать прозревать, если, встречая нас, они встречали бы людей, в глазах которых, на лице которых они могли бы увидеть сияние подлинной, трезвой любви; такой любви, которая не сентиментальна, но зряча, любви, которая способна видеть и понять. Если бы так было, мы могли бы быть для окружающих нас людей откровением того смысла, который содержит, хранит мир: через искусство, через красоту, через науку, через все средства, которыми можно уловить красоту и провозгласить ее среди людей.

Но так ли мы поступаем? Заботимся ли мы о том, чтобы донести до каждого, кого мы встречаем, широту, и глубину, и красоту, и значение всего? Не стремимся ли мы больше получать, чем давать? А ведь апостол Павел говорит, что блаженнее давать, чем получать. А он получил так много! Он получил познание Бога в собственном опыте веры; он получил все научение, и познание, и опыт, доступный Ветхому Завету, а затем Христос Сам открылся ему: чего только он не получил! И однако, он больше радовался, отдавая, потому что он не хотел быть обладателем всех выпавших ему сокровищ; он хотел делиться ими, отдавать, хотел воспламенить людей горевшим в нем огнем.

Задумаемся над тем, как мы богаты, как одарены, как много нам дано видеть, слышать. И осознаем, насколько трагично, вместе с тем, мы замкнуты в самих себе, пока мы не сокрушим эти стены ради того, чтобы давать, столь же щедро, столь же широко, не скупясь, как мы сами получили. Тогда, действительно, по слову Христову, радость наша исполнится. И никто, ничто не сможет никогда отнять ее от нас.

Неделя о самарянке

Сегодня мы слушали Евангелие о том, как Христос встретился у колодца с женой самарянской. Этот чтение занимает центральное место среди евангельских чтений Пасхального Цикла и стоит почти посередине между праздником Пасхи и святой Троицей. После Cвоего Воскресения Господь в течении сорока дней являлся ученикам, и открывал им тайны Царства Небесного. Они подобны евангельским чтениям, которые звучат в храме от Пасхи до Вознесения. В эти удивительные пасхальные недели Господь и нам, как Своим ученикам, открывает тайны Царства Небесного и готовит к событию, которое для Апостолов случилось в Пятидесятнице, когда на них сошел Святой Дух. Так и нас Церковь готовит к празднику Святой Троицы, празднику Сошествия Святаго Духа.

В среду перед воскресным днем, в который читается притча о самарянке, служится праздник Преполовения, в который после Литургии освящается вода, подчеркивая смысл этого праздника: каждый из нас есть существо жаждущее, жаждущее настоящей жизни, которая нас ожидает впереди. «… жаждущую душу мою благочестия напой водами», – так поют в церкви в день Преполовения.

А в воскресный день евангельское чтение рассказывает нам, как Христос у колодца попросил напиться у простой женщины, которая ни по вере, ни по жизни своей, ни по духовному состоянию, не была Ему близка. Она была, самарянкой, вероотступницей. Самаряне отступили от закона Моисеева, смешались с язычниками, приобрели массу языческих обычаев и обрядов, исказили учение, которое Господь явил в Священном Писаниии. Христос стоял на чужой земле, среди враждебного населения, потому что путники-иудеи, которые шли в Иерусалим, в Самарию не заглядывали.

Веками враждовали иудейский и самарянский народы. Обида, когда-то нанесенная самарянскому народу при восстановлении Иерусалимского храма не была забыта и прощена. Каждый самарянин старался отомстить иудею, проходящему по его земле, во всяком случае, стакана холодной воды в жаркий день он, конечно, никогда бы ему не поднес. И иудеи относились к самарянам хуже, чем к язычникам, не почитая их за наследников Завета, а считая предателями веры, недостойными даже того, чтобы с ними есть из одной посуды и пить из одного черпака.

И вот неожиданно ученики Христовы во главе со своим Учителем проходят именно этой землей, которую иудеи обычно обходили. В дневной зной Христос останавливается у колодца Иакова, у той святыни, которая могла бы соединить эти два народа, потому что самаряне вели свое происхождение от Иосифа, и для них, как и для иудеев, колодец Иакова был непререкаемой святыней. Ученики оставляют Христа у колодца, а сами уходят, чтобы добыть пропитание.

У колодца Христос встречается с женщиной и начинает с ней разговаривать, что, конечно, удивляет самарянку, так как, по ее собственному слову, иудеи с самарянами не сообщаются. Но человек обращается к ней с миром и любовью, более того, – с просьбой: «Дай Мне пить, утоли Мою жажду». И с этого момента начинается очень важный разговор, который заканчивается для нее встречей с Богом и удивительным преображением всей ее жизни. Можно встретить Бога и остаться таким же, каким был, и уйти, ничего Ему не отдав и, соответственно, ничего от Него не получив. А вот с этой женщиной произошло удивительное: разговор начался с самых простых, казалось бы, вещей, но неожиданно ей открылось то, что никому из Апостолов в тот момент открыто еще не было. Пять мужей у нее было, и тот, с кем жила она в тот момент, оказался ей не мужем, как она призналась перед Христом. И, тем не менее, встреча у колодца явила этой женщине правду Божью.

Христос говорит с ней, раскрывая всю ее судьбу не только в событиях внешних, но и в том, что является для этой женщины самой глубокой болью, самой большой проблемой – несложившаяся жизнь, отсутствие семьи и любви. Ведь не случайно же эта женщина приходит к колодцу в самый зной. Можно представить себе, что такое Палестина в двенадцать часов дня, когда все стараются укрыться в тени. Но она сторонится людей и приходит к колодцу, когда там точно никого нет, и никто не бросит на нее осуждающий взгляд.

И вот она встречает Христа. И с этого момента с женщиной что-то случается. Она говорит: «Вижу, что ты пророк». И вместо того, чтобы к этому пророку отнестись как к чудотворцу, который может для нее что-то сделать, ответить на её жизненные вопросы, она не спрашивает о себе. Она не спрашивает, как мне устроить свою семью, как мне наконец-то получить своё земное счастье, но вдруг спрашивает о самых главных вещах: как поклоняться Богу, как встретить Мессию, когда придет время. Она не ищет земного, она ищет небесного. И ни тени сомнения в её словах. И когда она спрашивает о небесном, Христос ей открывает себя: «Я – Христос».

Никому из Своих Апостолов Господь не сказал о Себе: «Это я Христос». Он спрашивал: «За кого вы меня почитаете?». И когда Петр сказал: «Ты Христос», Господь ответил: «Блажен ты, Петр, сын Ионы, потому что не плоть открыла тебе это, а Отец Мой, который в небесах». Этому Апостолу было Богом явлено, что перед ним стоит Христос, Сын Бога Живого. И это же удивительное знание было дано женщине – самарянке, родившейся в чужой стране и живущей без закона.

Когда мы встречаем в своей жизни человека, который несет в себе знание духовных законов, знание правды Божьей, часто ли мы спрашиваем его по-настоящему о главном?

Вот у нас в последнее время люди ищут старцев, живущих пророческим духом, которые знают тайны Царства Небесного, которым открыто о мире, о людях, и о Боге нечто такое, что нам не доступно. И часто, приехав к старцам, они задают им очень важные вопросы, но не о духовной жизни, а о своих проблемах. Действительно, в нашей жизни много проблем: разрушенные семьи, заблудшие родственники, тяжелейшие болезни. Все это страшной печалью наваливается на наши плечи, и мы приезжаем к старцу и спрашиваем: «Отче, как мне быть? Отче, помолись за меня. Отче, сделай так, чтобы что-нибудь в моей жизни изменилось к лучшему». И в этом нет ничего плохого, действительно, жизнь многих людей такова, что часто сам человек, запутавшись в лабиринтах собственных духовных ошибок, не знает, как найти из них правильный выход. И вот мы едем к старцам и решаем свои житейские проблемы.

И самарянка могла бы просто дать Христу воды, спросить о житейском, и разговор бы не состоялся. Но как только женщина дала маленький повод для духовного разговора, Господь сразу на него ответил. Вот так случается в духовной жизни каждого человека: как только он открывает для Господа хотя бы самую маленькую щелочку в своей душе, Господь старается проникнуть в сердце человека, даже сквозь эту маленькую щелку. Господь жаждет жаждущих Его. В этот момент у этой женщины проснулось жажда духовной жизни и жажда истины. И когда Господь увидел в ней вот эту жажду, Он сразу стал с ней говорить о главном.

Христос говорит самарянке о том, в чем состоит истинный смысл жизни. Он говорит, что истинные поклонники поклоняются Отцу в Духе и Истине. В этих словах для нее раскрывается самое главное, что и для нас должно раскрыться как смысл и основание нашей веры. Ведь мы приходим ко Христу, как к удивительному животворящему источнику нашей жизни. Мы приходим к причащению Святых Христовых Тайн, становимся причастны благодати, которая нас наполняет и готова сделать нас совершенно другими людьми, такими, о которых говорит Христос: те, кто будут к этому источнику припадать, сами будут становиться источником жизни и смогут этой живительной водой напаивать других.

Ведь у каждого из нас есть определенная жажда, но есть и свои проблемы. Но женщина у источника забывает о своих житейских проблемах, просто не хочет о них думать. А у нас все ровно наоборот. Когда мы приходим к Причастию, это является способом и средством для того, чтобы наладить свою жизнь, чтобы набраться сил и терпения в нашей часто непростой жизни. Ведь каждый из нас думает, что причащение святых Христовых тайн дает некоторую силу, благодатную поддержку, некоторое освящение нашей души. Ну, конечно, благодать, ну, конечно, сила, ну, конечно, чистота. Но ведь это же не средство для того, чтобы жить на этой земле. Это даже не средство для того, чтобы попасть в Царствие Небесное.

Причащение святых Христовых тайн – это само Царствие Небесное, это Сам Христос, Который приходит к нам, с Которым мы соединяемся, и Который отдает нам всего Себя всецело, до конца, во всей полноте. Он и есть источник жизни вечной, Он и нас готов сделать иными.

Христос не осуждает самарянку, несмотря на ее неправедную жизнь, но беседует с ней и раскрывает такие глубокие истины, которые и Апостолы не слышали от него. Перед Петром и Иоанном, перед другими Апостолами Он еще что-то говорил, а уж женщины-мироносицы сидели на кухне и обед готовили. И вдруг перед женщиной-блудницей из какого-то нечестивого племени все сразу раскрывает. Мы ходим в Церковь годами, приходим каждое воскресенье, мы причащаемся, мы все делаем правильно, а вот пришла чужая эта женщина ко Христу, и Он сразу ей все дает…

И самарянка, поняв, Кто перед ней, больше ничего не спрашивает у Христа, потому что ей больше ничего не нужно. Она оставляет свой водонос, и тут же идет к своим единоплеменникам, чтобы об этом возвестить. Ничего у Господа не узнав еще, она в этот момент стала источником жизни вечной, источником воды живой, потому что тут же, оставив свою воду, пошла, чтобы напитать этой водой жизни, этим знанием о Боге, всех своих близких.

Этот разговор Господа с самарянкой говорит нам о том, что такое жизнь с Богом, что такое духовная жизнь. Духовная жизнь – это когда мы соединяемся со Христом, а соединяемся мы со Христом тогда, когда мы думать ни о чем другом не можем, когда мы способны забыть о себе, о земном благополучии, о земных радостях и земных неудачах. Когда человек везде ищет Царствие Небесное, когда без Царствия Небесного он не может ни заснуть, ни проснуться.

А мы все время хотим заменить Царствие Небесное земными образами. Но если мы сумеем захотеть по-настоящему, и у нас случится эта радость, – Христос сделает нас Своим источником.

Подходя к причастию святых Христовых тайн, давайте помнить о том, куда мы идем и с Кем мы встречаемся. Мы идем, чтобы полностью принять его муки и быть готовыми к тому, что когда Господь встретит нас, жизнь станет совсем другой, как стала жизнь у самарянки после этой встречи. У нее не появилось семейного счастья, ничего не поменялось во внешней жизни. Но сыновья ее стали святыми мучениками, и сама она приняла мученическую кончину за Христа. Хорошо это или плохо? В глазах безбожного мира их судьбы очень трагичны, а в глазах Христа они просияли.

Мы тоже должны решить в эти дни главный вопрос нашей жизни: как мы хотим прожить? Чтобы в глазах мира выглядеть благополучно или чтобы в наших глазах просияла истина? Беседа с самарянкой заставляет нас задуматься, что такое духовная жизнь, к чему нас призывает Христос, где источник жизни вечной, который должен нас изменить. Давайте же будем стремиться к тому, чтобы Царствие Христово до конца наполнило каждого из нас и забило живым нескончаемым источником.

протоиерей Алексий Уминский

Вход Господень в Иерусалим

Тропарь

Церковнославянский текст

Русский перевод

Общее воскресение прежде Твоея страсти уверяя, из мертвых воздвигл еси Лазаря, Христе Боже. Темже и мы, яко отроцы победы знамения носяще, Тебе — Победителю смерти вопием: Осанна в вышних, благословен грядый во имя Господне.

Христе Боже! Ты пред Своими страданиями, удостоверяя в общем (всех людей) воскресении мертвых, воскресил еси Лазаря из мертвых, посему и мы, подобно отрокам (еврейским), нося знаки победы над смертию (т.е. ветви), Тебе, Победителю смерти взываем: Осанна в вышних! Благословен идущий во имя Господне!

Кондак

Церковно-славянский текст

Русский перевод

На престоле на небеси, на жребяти на земли носимый, Христе Боже, Ангелов хваление и детей воспевание приял еси зовущих Ти: Благословен еси грядый Адама воззвати.

Ты, Христе Боже, на небеси на престоле (седящий), на земле — едущий на молодом осле, принял хвалу от Ангелов и прославление от детей, взывающих к Тебе: Благословен грядущий воззвать (от вечной смерти) Адама!

 

   Сегодня мы празднуем вход Господень в Иерусалим — одно из самых грустных и одно из самых радостных вместе с тем событий из земной жизни Иисуса Христа. Оно грустное потому, что Иисус Христос входил в Иерусалим с великой славой, Его встречал народ, но входил Он не для того, чтобы там еще больше прославиться, а для того, чтобы отдать Свою жизнь за спасения людей, для того, чтобы пострадать и умереть. Но в то же время это событие радостное, потому что очень многие люди, встречая Его в тот момент, испытывали радость, которая выражалась и в том, что они держали пальмовые ветви, и в том, что они постилали одежды на пути Иисуса, и особенно эта радость была сильна в детях, которые, может быть, не сознавали всего величия происходившего, но которые чувствовали своим духом, своим сердцем, что Иисус Христос приносит им радость. И вот об этой радости сегодня говорит нам апостол Павел в Послании к Филиппийцам. Он говорит: «Братья, радуйтесь всегда в Господе, и еще говорю — радуйтесь». Мы должны вслушаться в эти слова и понять, что христианство с самого начала и до самого конца является религией радости. Это несмотря на то, что именно христианство — религия воплотившегося Бога — вмещает в себя и весь трагизм человеческой жизни. Об этой радости говорится на протяжении всего Евангелия. Когда Христос родился, ангелы явились пастухам и сказали: «Мы благовествуем вам великую радость». И затем, когда Иоанн Креститель проповедовал о Христе, он говорил о себе как о друге Жениха, который радуется радостью Жениха. Господь Иисус Христос в своих притчах неоднократно говорил о пути к Богу как о пути радости.И даже в Своей последней беседе с учениками на Тайной Вечери — мы очень скоро услышим эту беседу — в этой последней беседе, хотя Христос предсказывает ученикам о Своем страдании и о Своей смерти, но Он несколько раз говорит им о радости. Он говорит: «Я хочу, чтобы Моя радость в вас пребывала, и чтобы радость ваша была совершенна». И Он говорит: «Сейчас вы имеете скорбь, но скоро настанет время, когда вы не будете помнить скорби от радости». И, наконец, когда Христос воскрес, и мироносицы со страхом приходили ко гробу Его, не зная, что они там обретут, и они увидели ангела, потом они встретили Самого Христа, и они с радостью побежали и возвестили ученикам. И весь подвиг апостолов, вся их проповедь о воскресшем Христе, она была пронизана той же самой радостью, которой пронизано все Евангелие. И вот такой должна быть и наша христианская жизнь.

В духовной жизни есть много трудов, и от нас требуется подвиг, ежедневный подвиг работы над собой, ежедневный подвиг покаяния, ежедневный подвиг верности Христу. Но весь этот подвиг плодом своим имеет радость. И эта радость является не просто результатом подвига христианской жизни, но она сопутствует этому труду, который мы ежедневно полагаем для нашего спасения. Как преподобный Иоанн Лествичник в свое книге «Лествица» говорит о радости покаяния. Он называет это «радостотворным плачем». И он спрашивает, почему покаяние, которое должно быть сопряжено со скорбью, приносит нам такую радость? Оно приносит ее потому, что эта радость неземная, эта радость, имеющая мало общего с тем весельем, которым веселятся люди в мире сем, когда они придумывают для себя развлечения, а потом радуются, участвуя в этих развлечениях. Но эта радость поверхностная, она скоропреходящая. И когда она уходит, она оставляет в человеке ту же пустоту, которая в нем была до того, как эта радость пришла. А та радость, которую дает Христос, которую дает Господь, она остается в человеке навсегда, потому что это не скоропреходящая земная радость.
Мы вступаем в дни Страстной седмицы, когда вместе со Христом будем переживать скорбь Его последних дней, когда будем шаг за шагом следовать за Христом вплоть до Голгофы, до распятия, до того гроба, в котором Он был погребен. Мы сойдем вместе с Ним душою во ад, куда Он сошел после Своей смерти для того, чтобы вместе с Ним воскреснуть. Но эта скорбь Страстной седмицы — она преложится в радость о воскресении Господнем, и эту радость Господь даст нам ощутить в ночь Святой Пасхи, когда произойдет то самое, о чем говорил Христос, что «жена, когда рождает, терпит скорбь, но когда родит младенца, то уже не помнит скорби от радости». И мы тоже не будем помнить скорби от той радости, которая переполнит наши сердца.

И еще об одном хотелось бы сказать в связи с этой темой. Вся наша жизнь земная состоит из скорбей, который перемежаются с радостью. Как правило, скорбей в жизни человека бывает больше, чем радостей. Скорби — это наш ежедневный крест, а радости приходят иногда. Испытания от Бога приходят постоянно, а утешение приходит лишь в особых случаях. Но надо понимать, что и время этой сегодняшней жизни нашей, время нашей земной жизни — это тоже подготовка к жизни будущей, это тоже те скорби, которые мы терпим здесь для того, чтобы потом «войти в радость господина своего», для того, чтобы потом возрадоваться в Царствии Божием со всеми святыми, где непрестанное ликование, где непрестанная радость о Христе Иисусе. Будем помнить, что и Страстная седмица дана нам для этого, и вся наша жизнь в Церкви дана нам для этого, и весь христианский подвиг, который несем, все это для того, чтобы «войти в радость господина своего», войти в радость Господа.

митрополит Владимир (Сабодан)

МЫСЛИ О ГЛАВНОМ
  • Кто возлюбил, тот будет возлюблен; а кто возлюблен, в том обитает Бог. А в ком Бог, тому невозможно не сподобиться света; первое же преимущество света- познавать сам свет. Так любовь доставляет знание. святитель Григорий Богослов
ПОМОЧЬ СТРОИТЕЛЬСТВУ ХРАМА
Храм Сретения Господня © 2012 - 2018 . Все права защищены.