Mottisfont_Abbey_Garden.jpg
ЦЕРКОВНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
СРЕТЕНСКИЙ ЛИСТОК
listok
ПРАВОСЛАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

Архив рубрики «Церковный год»

Лазарь — друг наш

Сегодня Лазарева суббота. Мы вспоминаем замечательные слова, сказанные Господом о Лазаре: «Лазарос о филос имон» — Лазарь — друг наш (Ин.11,11). У Иисуса были свои, особые отношения со многими из встречавшихся с ним людей. Был любимый ученик — Иоанн, был любимый брат и сподвижник Иаков, был первый из учеников по верности и вере — Петр, был тайный ученик — Никодим, была любящая и любимая Мария Магдалина, но был и Друг. Другом был брат Марфы и Марии — Лазарь. И сегодня — день дружбы, настоящей дружбы. Не любви, не ученичества, но именно дружбы. Крепкой как обсидиан, нерушимой, верной до смерти. Настоящая дружба — такое же редчайшее явление в нашем разрушенном грехом мире, как и любовь, как ученичество, как братство. В некотором смысле дружба выше всех иных чувств, ибо она совершенно бескорыстна. В ученичестве есть жажда знания, в любви — душевное и даже физическое наслаждение от общения с любимым, в дружбе, настоящей бескорыстной дружбе есть только радость от того, что другой для тебя ценней, чем ты сам. Это и есть Друг. Таким другом был для Христа Лазарь — «филос имон». И когда Лазарь умер, Господь пришел вернуть ему эту, временную жизнь, совершить над ним чудо фактического воскресения. А Лазарь принял это чудо. Ради своего Друга он вернулся в эту мрачную земную жизнь из вечности и, как повествует предание, никогда больше не смеялся. После той жизни, эта была мрачна. Но ради Друга он вернулся, что бы все и видящие и слышащие о чуде воскрешения поверили во Христа. Одни поверили — и пошли за Ним, а другие, поверив, возжелали убить и Его, и Лазаря и убили Христа вскоре, а Лазарь уцелел и благовествовал о своем божественном Друге тридцать еще лет.

Великое дело — настоящая дружба! И, в пример Лазарю, Господь благоволил всех нас назвать друзьями Своими — «вы — друзья Мои». Мы для Него ценней, чем Сам Он для Себя. Потому и умер Он за нас. И нас призвал ценить Его более себя — «отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мной». В этом — тайна нашей победы над смертью и небытием, в этом — залог нашей с Господом взаимной дружбы. Подобно Лазарю, соглашаясь на Его зов «Лазаре, девро ексо!» — Лазарь, выходи! — и мы выходим вновь, приняв крещение и веру, в этот злобный мир, полный ненависти и взаимного соперничества, в мир, где так редка дружба, выходим, чтобы утверждать в мире нашего Друга. И мы знаем крепко, что как принял Он Лазаря через десятилетия служения в Свои объятия уже навечно, так примет и нас, если мы пребудем друзьями Его до конца. Он же нам не изменит. Это -точно, ибо Он есть не только Путь, и Истина, и Жизнь — Он есть и Дружба, истинная Дружба, которой нет конца ни во времени, ни в силе, ни в этом веке, ни в будущем. — «Вы — друзи Мои есте…» (Ин 15,14).

Лазарева суббота — особый день для меня. В этот день в 1978 г. (в тот год он пришелся на 22 апреля) я принял Святое Крещение в храме Рождества Иоанна Предтечи на Пресне в Москве. Меня крестил священник Георгий Бреев, восприемником стал тогда молодой диакон Валентин Асмус, а привел меня к купели мой Друг Всеволод Семенцов, смиренно не решившийся сам стать крестным и попросивший быть им своего друга — о.Валентина. Меня крестили в пустом храме, тайно, без регистрации. Мы с Севой приехали с овощной базы, где трудились на ленинском субботнике. Я был натощак — перед смертью и воскресением есть не мог. Когда все на субботнике стали готовиться к традиционной выпивке под капусту и огурчики, мы тихо исчезли.

Помню, что когда я вышел из Храма после совершения таинства — мир стал для меня другим. Все люди сияли неземной красотой и во всех я видел тайну — они знают тот смысл, который только что открылся мне. Знают, только об этом не принято говорить. О таком молчат. — Постепенно, за несколько дней — вернулся я в привычное состояние ума, и мир тайны закрылся. Но я помню тот дар. Первый дар вновь обретенного мною Друга.

А как вещественная память осталась большая, зачитанная до полной растрепанности зеленая синодальная Библия (редкий дар в то время!) с надписью рукой Севы: «Дорогому Андрею на вечную память Георгий, Валентин, Всеволод. 22 апреля 1978 г.» Писать тогда тоже надо было с осторожностью…

А.Б. Зубов

Великий Акафист Божией Матери

 

Cуббота пятой недели Великого Поста — особенная суббота. В пятницу, накануне, на праздничной утрене, читается Великий Акафист Божией Матери. Такой день бывает только один раз в Церковном году.

Ака́фист, — с греческого переводится как неседальная песнь, то есть «песнь, которую поют не садясь, стоя». В древности искусство церковной поэзии было очень развито, и кондак нынешнего акафиста представлял из себя самостоятельное и большое поэтическое произведение. Так известный кондак (Самое слово «кондак» греч. κόντάκιον произошло от κοντός — палочка, на которую наматывался свиток пергамента с текстом. Кондак в его теперешнем облике и объеме — небольшое песнопение в одну, две строфы.) «Взбранной Воеводе …», сначала тоже был песней, славящей Божию Матерь, звучал по другому, и состоял из множества строф и выражающий благодарность за неоднократное спасение от врагов варваров, покушавшихся на Константинополь с 626 года. Тогда авары и славяне стояли у стен Константинополь, и только заступничество Божией Матери спасло город.

Известные нам слова кондака «Взбранной Воеводе Победительная, яко ибавльшеся от злых…» появились тогда же, в 626 году и их автором предположительно был святой роман Сладкопевец. Кондак превратился в победную благодарственную песнь, обращённую к Богородице от лица «Ея града», то есть Константинополя, избавленного от «злых». В современном (по крайней мере с XV века) церковнославянском переводе слова «град Твой» заменены на «раби Твои». Текст «Взбранной Воеводе…» стал зачином, как бы предисловием уже существовавшей к тому времени песни-поэме, славящей Пресвятую Богородицу. Зачин этот стал первым кондаком в тексте современного Великого акафиста, читаемом на празднике Похвалы Пресвятой Богородицы.

Храм во Влахерне на месте того храма, где первый раз прочитали акафист Пресвятой Богородице

Наше почитание этого праздника символично. Первый раз в истории Церкви, как церковный гимн, Великий акафист был прочтен во Влахернском храме, ночью, патриахом Константинопольским Фотием, после чудесного избавления города от неприятельского флота россов, наших предков, осаждавших город в 860 году. Император Михаил III спешно вернулся из пограничной армии в столицу и вместе с Фотием погрузил в море Ризу Богородицы. Внезапно поднялась сильная буря и разметала суда русов, после чего те бежали. Вот как описывается это чудо в «Повести временных лет»: «… и вынесли они с песнями божественную ризу святой Богородицы, и смочили в море ее полу. Была в это время тишина и море было спокойно, но тут внезапно поднялась буря с ветром, и снова встали огромные волны, разметало корабли безбожных русских, и прибило их к берегу, и переломало, так что немногим из них удалось избегнуть этой беды и вернуться домой.»

Тогда, в 860 году, на Константинополь нападали воинственные росы, наши предки.

«Потом набег росов (это скифское племя, необузданное и жестокое), которые опустошили ромейские земли, сам Понт Евксинский предали огню и оцепили город (Михаил в то время воевал с исмаилитами). Впрочем, насытившись гневом Божиим, они вернулись домой — правивший тогда церковью Фотий молил Бога об этом, — а вскоре прибыло от них посольство в царственный город, прося приобщить их божьему крещению. Что и произошло» (Theoph. Cont. 196.6-15; цит. по: Продолжатель Феофана. С.84).

С тех пор христианская вера стала распространяться в среде россов. В 988 году, то есть через 128 лет после этого события, Русь крестилась. Мы, потомки россов, избавить от нашествия которых, просил Божию Матерь патриарх Фотий: «Взбранной воеводе победительная!», теперь и сами, вечером в пятницу, придя в храм, будем славить Божию Матерь этими же словами, так как в IX веке Церковью было установлен праздник названный Похвала Пресвятой Богородице в честь чудесных избавлений от врагов Ее заступничеством. День праздника был назначен на пятую субботу Великого Поста. Постепенно сложилось чинопоследование чтения Великого акафиста в день праздника. Этот Великий акафист, единственный в своем роде, так как все остальные акафисты были написаны в подражание ему, первому. На особенной службе, которая бывает единственный раз в году в праздник Похвалы Пресвятой Богородицы, мы будем молиться, и просить Божию Матерь освободить нас от всяких злых. Ведь теперь Она и наша заступница.

по материалам сайта «Нескучный сад»

Сегодня «Мариино стояние»

Фото: pravostok.ru

Сегодня на вечернем богослужении будет прочитан целиком Великий покаянный канон преподобного Андрея Критского. Тот самый, который мы читали в первые четыре дня Великого поста. Служба  получила название «Мариино стояние» в память преподобной Марии Египетской, чей покаянный подвиг мы будем вспоминать в эти дни.

До XIV столетия на Руси придерживались Студийского Устава, который предписывал петь Великий Покаянный канон на Пятой седмице Великого поста. Иногда канон при этом дробили на части, иногда – он целиком входил в состав воскресной церковной службы. Традиция петь канон частями в первые четыре дня Великого поста предусмотрена в Иерусалимском Уставе.

Когда в XIV веке Русская Церковь перешла на Иерусалимский устав, она восприняла, соответственно, и эту традицию.

День памяти сорока Севастийских мучеников


В 2018 году празднование дня мучеников Севастийских переносится на вторник, 20 марта.

Сорок мучеников Севастийских — это святые первых веков христианства. Их житие оставило глубокий след в истории веры Христовой. В 313 году римский император святой Константин Великий дал христианам свободу. Но был в Риме и второй правитель — Ликиний. Ярый язычник, он не только замыслил возобновить гонения на верующих во Христа, но и готовился предать Константина и стать единоличным императором Рима. Начать массовые убийства предатель решил с военных, среди которых было немало последователей Спасителя.

В городе Севастии как раз было одно из таких — христианских — войск. Под началом язычника Агриколая находилась целая дружина христиан — сорок воинов, прославленных многими победами. По наущению Ликиния, Агриколай попытался заставить их принести жертву языческим богам, но те отказались, за что были брошены в тюрьму. Там воины молились Христу, и было им откровение, что «претерпевший до конца, тот спасен будет».

Наутро коварный Агриколай вновь попробовал склонить войско отречься от Спасителя. Но и во второй раз потерпел неудачу. Христиан вновь бросили в темницу. Через неделю их судили. Языческому суду отважные воины отвечали твердо: «Возьми не только наше воинское звание, но и жизни наши, для нас нет ничего дороже Христа Бога».

Мучеников хотели побить камнями, но булыжники не долетали до них — будто сам Дух Святой защищал их от смерти. И вновь заключили христиан в тюрьму. Во время молитвы они услышали: «Верующий в Меня, если и умрет, оживет. Дерзайте и не страшитесь, ибо восприимете венцы нетленные».

И вот, когда наступил морозный зимний день, мучеников привели к местному озеру и оставили там под стражей — обнаженными, прямо на льду, где плескалась холодная вода. Рядом растопили баню, чтобы в смертной агонии воины отреклись от Христа и променяли Его на тепло… Но лишь один из страдальцев не выдержал и побежал к бане — и тут же упал перед ней замертво.

Под утро, когда один из охранников проснулся, то увидел сиющие нимбы над головами каждого из тридцати девяти христиан. Осознав, почему венцов только 39, он воскликнул «И я — христианин», сбросил одежду и встал рядом с воинами. Утром воинов и стражника вывели из озера и перебили им ноги. Затем их тела на колесницах отвезли к костру и предали огню.

Когда после казни минуло три дня, святых воинов увидел во сне епископ Севастийский Петр — ему было сказано похоронить их останки. Вместе с помощниками он по косточке собрал святые мощи и предал их земле с молитвой.

Имена мучеников: Кирион, Кандид, Домн, Исихий, Ираклий, Смарагд, Евноик, Уалент (Валент), Вивиан, Клавдий, Приск, Феодул, Евтихий, Иоанн, Ксанфий, Илиан, Сисиний, Ангий, Аетий, Флавий, Акакий, Екдикий, Лисимах, Александр, Илий, Горгоний, Феофил, Дометиан, Гаий, Леонтий, Афанасий, Кирилл, Сакердон, Николай, Уалерий (Валерий), Филоктимон, Севериан, Худион, Мелитон и Аглаий.

МОЛИТВЫ СВЯТЫМ СОРОКА МУЧЕНИКАМ СЕВАСТИЙСКИМ

МОЛИТВА ПЕРВАЯ
О святии славнии страстоносцы Христовы четыредесяте, во граде Севастии Христа ради мужественно пострадавшии, чрез огнь бо и воду проидосте, и яко друзи Христовы в покой Небеснаго Царствия вшедше, имате велие дерзновение ко Пресвятей Троице ходатайствовати о роде христианском: наипаче же о почитающих святую память вашу, и с верою и любовию вас призывающих. Испросите у всещедраго Бога прощение согрешений наших и жития нашего исправление, да в покаянии и нелицемерной любви друг ко другу поживше, со дерзновением предстанем страшному судищу Христову, и вашим предстательством одесную праведнаго Судии предстанем. Ей, угодницы Божии, будите нам защитницы от всех враг видимых и невидимых, да под кровом святых ваших молитв избавимся от всех бед, зол и напастей до последняго дне жизни нашея, и тако прославим великое и достопокланяемое имя вседетельныя Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА ВТОРАЯ
О страстотерпцы Христовы, во граде севастийстем мужественно пострадавшии, к вам, яко молитвенникам нашим усердно прибегаем и просим: испросите у Всещедраго Бога прощение согрешений наших и жития нашего исправление, да в покаянии и нелицемерной любви друг ко другу поживше, со дерзновением предстанем страшному судищу Христову и вашим предстательством одесную Праведнаго Судии предстанем. Ей, угодницы Божии, будите нам, рабам Божиим (имена), защитницы от всех враг видимых и невидимых, да под кровом святых ваших молитв избавимся от всех бед, зол и напастей до последнего дне жизни нашея, и тако прославим великое и достопоклоняемое имя Вседетельныя Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Молиться о почивших. К поминальной родительской субботе

pominat_pochivshyhМолитва за усопших творится в Церкви непрестанно, однако в разное время церковного года и на разных богослужениях устав предлагает нам разные формы поминовения наших почивших близких.

Умирающие православные христиане не перестают быть членами Церкви, сохраняя с нею и со всеми остальными ее чадами реальное, живое общение. В наиболее тесное взаимодействие друг с другом, со всей Церковью и с усопшими мы вступаем во время богослужения и молитвы. Молитва — главная сила этого единения и наш долг по отношению к нашим близким — как живым, так и почившим.

Этот наш долг — самое главное, что мы можем дать нашим родным. В песнопениях отпевания Церковь вкладывает в уста усопшего такие слова: «Молю всех знаемых (знакомых) и другов (друзей) моих: братие мои возлюбленнии, не забывайте мя, егда (когда) поете Господа, но поминайте братство и молите Бога, да упокоит мя с праведными Господь». Сами почившие ждут от нас наших молитв.

Особые дни молитвы за усопших: Вселенские родительские субботы

Кроме молитв на ежедневном богослужении, Церковь выделяет некоторые дни года специально для заупокойного поминовения. Наиболее усиливаются заупокойные моления в две так называемые вселенские родительские субботы: перед неделями (воскресеньями) Мясопустной (с которой начинается Масленица) и Пятидесяницы (Троицы). В эти два дня живые члены Церкви приглашаются как бы забыть самих себя и, сократив до минимума воспоминания о святых, в усиленной молитве об умерших непрославленных членах Церкви, родных и чужих, знаемых и незнаемых, всех возрастов и состояний, всех времен и народов, вообще всех прежде почивших, в истинной вере скончавшихся, — явить в полной мере свою братскую любовь к ним. Для этих дней составлены особые умилительные службы, а воспоминания о других праздниках, если они попадают на эти дни, переносится или вовсе отменяется.

Люди нередко смотрят на родительские субботы как на предназначенные главным образом, если не исключительно, для поминовения наших сродников и друзей. Однако Церковь призывает нас молиться и о тех, у кого уже не осталось на земле никого, и о тех, кто не имел ни родных, ни знакомых. У нас есть еще множество братьев во Христе, которых мы, и не видавши, должны любить, о которых, даже и не зная их имен, мы должны молиться. Можно в этот день и о упокоении великих писателей или ученых помолиться, о Пушкине или Менделееве: помнить-то мы о них помним, но часто ли стараемся помочь им молитвой?

Из книги епископа Афанасия (Сахарова)

 «О поминовении усопших по уставу Православной церкви»

В сей день Владыка пришел освятить водное естество


Днесь Владыка прииде освятит естество водное — воспевает ныне Святая Церковь на девятой песни канона.

Как говорит одна из стихир предпразднства, Богоявление есть праздник славнейший по сравнению с прошедшим праздником Рождества Христова: Светел убо мимошедший праздник, светлейший же, Спасе, приходящий — дальше раскрывается, почему: он Ангела имеяше благовестника, и сей Предтечу обрете предуготовителя. Он кровем изливаемым, яко безчаден, рыдаше Вифлеем, и сей водам благословенным многочадна познавается купель. Тогда звезда волхвом возвести, ныне же Отец миру Тя показа (стихира на стиховне, глас 1-й, служба 2 января). Если там звезда показует вертеп, то здесь Сам Отец показует Своего Сына: Сей есть Сын Мой возлюбленный (Мф. 3, 17).

Человек стоит на грани двух миров, он не может быть оторван ни от мира видимого, ни от мира невидимого: Бог создал его из персти земной, из вещества твари видимой и тленной, но вложил в него душу, дух ангельский; как говорит один из святых отцов, человек есть Ангел во плоти, он носит в себе оба мира, соединяясь с одним телом и восходя к другому через свой невидимый бессмертный дух.

Мысль о неотделимости человека от твари проходит через все богослужение. Мы молимся: Помилуй нас и мир Твой… потому что в христианском сознании не отделяем себя от мира, в котором живем. Человек — венец творения, высшая точка его, и потому все, на что он налагал свою греховную печать, заражено тем же грехом; вся тварь совокупно стенает и мучится доныне (Рим. 8, 22),- говорит апостол Павел. И Христос явился на Иордан не только восстановить падшее человеческое естество, но и обновить всю тварь через водное естество. Ты, во Иордане крещся, Спасе наш, воды освятил еси, дланию раба рукополагаемый и страсти мира исцеляяй (на хвалитех стихира 3-я, служба 6 января).

В день Богоявления мы совершаем великое освящение воды. Но почему именно через воду освящается мир? Дух Божий носился над водою (Быт. 1, 2), как над самым чистым естеством, когда еще не было мира. Господь создал воду для того, чтобы ей быть естеством освящающим, очищающим, оживотворяющим. Водой потоплен грех при Ное, водою попалена жертва, принесенная праведником. Через воду в Ветхом Завете совершалось очищение. И окроплю вас чистою водою,- говорит пророк Иезекииль, открывая тайну духа,- и вы очиститесь от всех скверн ваших, и от всех идолов ваших очищу вас. И дам вам сердце новое и дух новый дам вам (Иез. 36, 25-26).

Водное естество освящается, чтобы через него освятить прежде всего человека. Каждый из нас при духовном рождении освящается Иорданским крещением, ибо Иорданским освящением освящается вода для Таинства Крещения.

Сегодня мы предстоим здесь вместе с Иоанном Крестителем, духовно соединяясь с ним в этом великом богослужении: руку твою, прикоснувшуюся пречистому верху Владычню, с неюже и перстом Того нам показал еси, воздежи о нас к Нему, Крестителю, яко дерзновение имея много, ибо болий пророк всех, от Него свидетельствован еси. Очи же твои паки, Всесвятого Духа видевшая, яко в виде голубике сошедша, воздвигни к Нему, Крестителю, и милостива нам соделай, и прииди, стани с нами, запечатаяй пение и предначинаяй торжество (стихира, глас 5-й, последование часов, 6 января).

Если каждый из нас, как верит Святая Церковь, облекается в одежду нетления, то и для природы должно быть очищение от того греха, который мы в нее вносим. Именно сегодня праздник не только людей, но и праздник всей природы, ибо и природа да облечется в одежду свою первую. И к горам, и к холмам, и к светилам небесным, и к Ангелам, и к человеков множеству обращается Святая Церковь, призывая всех петь и превозносить Господа (Великая Суббота). Таким образом, Церковь снова раскрывает нашу связь со всей природой, связь мира видимого и невидимого, между человеком и стихиями, между человеком и миром, связь, которой мы, грешные, скверные, не чувствуем,- и оттого-то мы так одиноки, оттого-то мы не понимаем богослужения, которое совершается.

Разве можно говорить о человеке и мертвой материи, когда через эту воду, через материю совершается Таинство Крещения и наше духовное рождение. Обыкновенная вода, получая духовные дары благодати, освящается, и через нее освящаемся мы. Другое великое Таинство — Миропомазание совершается через миро: простое благоуханное вещество по освящении приобретает силу преподавать нам, миропомазанным, дары Святого Духа. Хлеб и вино освящаются, прелагаются в Тело и Кровь Господа, делая нас Телом Христовым, если мы приобщаемся не в суд или во осуждение.

Потому так тесна наша связь с видимой природой: все создание Божие живет Своим Творцом — истинной Жизнью, а человек стоит на грани двух миров — мира невидимого, с которым он связан своей бессмертной душой, и мира видимого, через тело, которое, как проводник благодати Духа Святого, становится бессмертным, как и душа, если мы живем во Христе. Человек — малый мир — носит в себе соединение двух великих миров.

В этот величайший день Церковь верует: Господь снова крещается и обновляет Собою водное естество, вся природа, обновляясь, получает снова свою первую одежду, какую и мы получили в Крещении.

Наша величайшая задача в этот праздник — осознать свою связь с обоими мирами, с миром горним и миром дольним; мы должны помнить, что мы не отдельно существуем, что мы связаны с этим миром, как его венец; мир, лежащий во зле, мы должны очищать, а не загрязнять вновь и вновь своим грехом. В этот день мы не одиноки; вся Церковь, видимая и невидимая, и человеки, и Ангелы славят пречестное и великолепое имя Отца и Сына и Святого Духа, ныне и присно и во веки веков.

святой праведный Алексий Мечёв

Крещение Господне

Иордан

Иордан

19 января Православная церковь празднует день Крещения Господня. Именно с этого события началась публичная проповедь Христа, именно здесь, на берегу Иордана, Он встретил своих первых учеников. Зачем нужно было крещение единственному безгрешному Человеку? И почему в дальнейшем Он не крестил Сам?

То, что мы привычно зовем «крещением», было бы правильно перевести словом «омовение». Иоанн Креститель не обращал людей в новую веру, не проповедовал Христа – до этого еще очень далеко и займутся этим совсем другие люди – он только призывал к покаянию перед приходом Спасителя. Вода смывала с людей раскаянные грехи и тем готовила их к встрече с Мессией. «Я для того пришел крестить в воде, чтобы Он явлен был Израилю», — скажет позже Иоанн Креститель. Водное омовение еще не связывало людей с Христом, а только облегчало Ему путь к их сердцам.

Но, приготавливая людей к явлению Христа, Иоанн вовсе не был готов к тому, что Спаситель Сам придет к нему, чтобы пройти через то же покаянное омовение. «Мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?» — пораженно спрашивает пророк, а Иисус отвечает: так надлежит нам исполнить всяческую правду.

Зачем Ему – безгрешному! – погружаться в воды, унесшие с собой тысячи и тысячи людских прегрешений? Ему не в чем каяться, не в чем меняться. Но Иисус добровольно, не уклоняясь, идет путем, которым прошли до Него многие люди, которым пройдут еще многие. Так же Своей волей, не пытаясь обойти стороной, Он войдет без греха в темные воды смерти.

И после того как Он выходит из воды, Бог Сам свидетельствует о том, что Этот Человек – не кающийся грешник, не один из ожидающих Мессию. «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение». На Нем нет греха, и из воды Он выходит не омытым и оправданным, а столь же чистым, как и вошел в нее.

Сегодняшнее Его погружение — это прообраз схождения в смерть и ад. Воды Иордана смывали грехи, а Он вошел в них без греха. Смерть не была властна над Ним – но Он принял смерть, идя путем всех людей и добровольно исполняя закон, которого над Ним не было.

И как над Иорданом отверзлись небеса и прозвучало «се есть Сын Мой возлюбленный, в Нем Мое благоволение», так и над гробом Христа воссияет нездешний свет Воскресения.
Почему не крестил Сам Иисус?

В Евангелии сказано, что Иисус с учениками проповедовали в пределах Иудейских и там же крестили. Но апостол Иоанн специально подчеркивает: крестили приходящих к ним людей только апостолы, но не Сам Христос. Почему? Ведь Иоанн Креститель говорил о Нем: Он будет крестить Духом Святым и огнем.

Иисус несколько раз в Новом Завете говорит о том, что только предстоит принять Ему и тем, кто будет Ему верен. «Можете ли пить чашу, которую Я буду пить, или креститься крещением, которым Я крещусь?» — спрашивает Он у своих апостолов. И Сам же обещает им: «Чашу Мою будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься».

А в Евангелии от Луки Он с глубоким внутренним напряжением говорит: «Крещением должен Я креститься; и как Я томлюсь, пока сие совершится!» То, что Он пришел дать людям, еще не может быть им передано, и цена этому будет очень высока.

Омовение водой – это окончание Ветхого Завета, приготовление к завету Новому. Новозаветное крещение, которое примут люди из рук Христа, соединит их со Спасителем гораздо крепче, чем омовение в водах Иордана. Крещение Духом Святым и огнем – это именно то, которое знаем мы, крещение в смерть Христову и Его воскресение. Но для этого Иисусу придется пройти крестный путь, умереть и воскреснуть. А пока что на берегах Иордана крестят Его ученики и ученики Иоанна, призывая пришедших к покаянию.

predanie.ru

ГОЛОВНА СВЯТИНЯ ВОДОХРЕЩА — СВЯТИЙ ГОСПОДЬ

19 січня — Церква святкує Богоявлення, або Водохреще. Про «дві святі води», про те, що «крапля освячує море», а також про богослужбові особливості свята Богоявлення —  архієпископ Філарет (Звєрєв).

Для малоцерковних людей Богоявлення, Хрещення Господнє — ледь не основне свято церковного року, адже святять воду, причому аж двічі. Отже, якщо «у церкві щось дають» — треба відвідати храм, запастися свяченою водою. Тим більше, що вода і від хвороб допомагає, і дім нею покропити можна від усякого лиха. І, навіть несвідомо, людина тягнеться до святині, зокрема і до матеріальної — в даному випадку води святої. Нам не вистачає святості — і спрагу ми намагаємося втамувати ось так.

Найбільш активні бажають води побільше — повну банку, бідон. Або: «Батюшка, побризкайте мені побільше», — просять. Для чого?

Певно, щоб було «святіше»… Та відомо, що крапля святить море, і, у відповідності до існуючої практики, священик занурює хрест у найбільшу купіль, а звідти окроплює ємкості з водою так, що в кожну потрапляє крапелька — і вода освятиться! Тож прохання «побільше» відбиває «кількість віри» прохача: чим більше треба налити святої води у окремо взяту посудину, тим віра менша, і навпаки…

Воду освячує не срібло, а благодать Божа

Зараз люди грамотні твердять, що свята вода зобов’язана своїм походженням іонам срібла, які потрапляють туди з хреста, дезінфікуючи воду і надаючи їй цілющих властивостей…

Знаєте, більшість парафій не може собі дозволити мати срібні хрести… Я свого часу святив воду дерев’яним хрестом — які там іони срібла? Але вода мала такі ж надприродні властивості. А ще бачив у старенької парафіянки скляночку води із паперовою бірочкою: «1954 рік». І вода чиста, без жодних ознак ушкодження! Воду освячує не срібло, а благодать Божа за молитвами Церкви — і через срібний хрест, і через бронзовий, і через дерев’яний. Інакше свята вода була б тільки в заможних парафіях, де є срібні або золоті хрести…

Дві святі води

Кажуть, що вода, освячена у Хрещенський Святвечір (18.01 за новим стилем), «сильніша», бо «пісна» — а от на саме свято «слабша»… В окремих місцевостях «різні води» іменують то «хрещенською», то «богоявленською», то «йорданською» — залежно від краю.

Але насправді свята вода і 18-го, і 19-го січня освячується абсолютно однаковим чином. І Церква ніколи не вчила про «міри святості» — «обидві» води називаються однаково: «велика агіасма», себто велика святиня. Як духовну розраду, її дозволяли вживати відлученим від Святого Причастя. Окремих же церковних назв вода, освячена на Святвечір і саме свято, не має — це одна вода. І чини освячення, ще раз скажу, однаковісінькі! Співаються однакові тропарі, читаються однакові старозавітні тексти, уривок із Апостола, Євангеліє, і однакова молитва виголошується. А потім, зі співом тропаря свята, у воду занурюється святий хрест. І 18-го, і 19-го!

Та освячення води у ці дні, як не дивно, не головна церковна подія

Згадуючи Хрещення Господнє, ми просимо від Бога освятити нас, і все тварне єство, зокрема й воду: «освяти мене, і воду, Спáсе», як співається у стихирі водосвяття. Ми дякуємо Богові і за дар Святого Хрещення, яким усі ми відродилися для нового життя. Ми славимо Всесильного Бога, Який упокорився до того, що схилив главу під руку Предтечі, і нас навчаючи смиренню. Ми величаємо Творця, Який явився і просвітив нас, визволив із «країни смертної темряви».

Тому Господь — найбільша святиня цих днів. Хто у святá сподобиться причаститися Богові — той матиме найбільшу святиню. Натомість, хто принесе найбільшу банку святої води разом із темним і пустим серцем, не отримає нічого.

Святині вам від Господа, світла, благодаті!

 

14 января. Обрезание Господне — день Закона Божия

Праздник Обрезания обычно проходит незаметно. И не знаешь, «двунадесятый» ли то праздник или нет.Обрезание не есть двунадесятый праздник; но он чтится.
Но почему же он проходит так незаметно? И вообще в этот день как-то не испытываешь ничего яркого и ясного. Причин этому несколько.

При великом свете праздника Рождества Господня и при грядущем Крещении, Богоявлении Троицы, — этот праздник Обрезания, утесненный между ними, теряется как звезда при двух солнцах.

1_jan_circumcision_of_christ_basil_the_greatНа Обрезание остается всего-навсего лишь один день: ни предпразднства, ни попразднства нет, только один день праздника.
А к этому добавьте еще память такого великого светильника Церкви как Василий Великий, почивший 1 января; — торжество ему тоже ослабляет Обрезание.
В сознании верующих этот праздник — один из самых затененных. Точно и не праздник он для богомольцев.
Ясно, что Обрезание как-то мало захватывает нашу душу по самому существу своему.

Я раньше и не задумывался над смыслом Обрезания. Знал, конечно, что в этот, восьмой, день по рождении принесли Господа в храм Иерусалимский для совершения над ним ветхозаветного чина, или таинства обрезания «крайней плоти». Помнил, что в Ветхом Завете это служило знамением заключения завета человека с Богом. Видел и на иконах, как священник стоит пред обнаженным тельцем Младенца Господа с ножом, готовый произвести операцию обрезания плоти. После припоминал, что Господь очень строго требовал исполнения этого закона от иудеев, так что «обрезанный» считался Божиим, а «необрезанный» — язычником, как и у нас делили людей на крещеных и «нехристей», некрещеных. Но все это мне казалось лишь простым исполнением ветхозаветного обряда, не имеющим никакого отношения к нам, христианам. Но уже одно то, что Господь благоволил принять обрезание (а обрезание в Ветхом Завете имело величайшее значение и, наконец, то, что Церковь установила этот праздник, заставляет задуматься. Может быть, что-либо да откроется нам? И уж во всяком случае узнаем, что мыслит Церковь в своих богослужениях.
Праздник закона Божия

Вот только в 1927 году, под первое января, я почувствовал одну сторону этого праздника. Промелькнула мысль в кануном праздника «закона», когда и Господь, подчиняясь закону, исполнил чин обрезания. Тот, кто намерен жить по новым законам, сначала должен исполнить старые. Это показывает, что он действительно «законопослушный» человек, а не своеволец. Тот лишь имеет право устанавливать новое, кто исполнил старое.

Господь пришел установить Новый Закон, и Ему необходимо было исполнить Ветхий. И вот Он с самого Своего рождения (обрезание — первое священнодействие после рождения) сразу же начинает исполнять закон. Законодавец первый подчиняется закону.
Если наш Господь исполнял закон, то и мы по примеру Его обязаны делать то же самое.

То есть прежде, чем достигать высоких духовных созерцаний, мы обязаны сначала исполнять заповеди о делах; прежде чем молиться своими молитвами, нужно исполнять церковный чин; прежде чем дойти до свободы духа, нужно научиться дисциплине повиновения; прежде чем вступить в область благодати, нужно пройти еще закон; прежде чем достигнуть бесстрастия, нужно вести борьбу со страстьми и особенно с «собственной волею»; прежде чем дойти до совершенства любви, нужно научиться исполнять повеления власти, Церкви (например, о постах); прежде чем войти в дух, во внутреннее, нужно сделать по букве, внешнее. Одним словом, прежде чем сделаться новозаветным человеком, нужно еще побороть в себе ветхого, то есть исполнить ветхозаветные требования.

Но это лишь начало, путь, который нужно перейти. Ведь остановиться на этом (законе, борьбе, букве) невозможно. Ни закон, ни буква не спасают душу. Человек, застывший на этом, духовно омертвевает. Нужно достигнуть новозаветного состояния как совершенного, спасающего, свободного, подлинно духовного, а не мертвенно-обрядового. Действительно нужно войти в завет с Богом, а не формально внешне остановиться на букве, на обряде.

Однако прежде нужно пройти «школу» законничества, чтобы, во-первых, почувствовать, как она тяжела (операция «обрезания» своей воли), во-вторых, — понять, что мы своими грехами заслужили ее, эту рабскую школу, в-третьих, (и это, может быть, самое главное) — опытно познать, что сама по себе школа закона (буквы, обрядов, даже и в христианстве) не достигает цели, не спасает, не утешает, не насыщает, не избавляет от зла. И что, следовательно, нужно искать какого-то иного пути спасения. А это и есть благодать. Там лишь оживает духовно человек, получая «Духа Животворящего».

Вот и Господь, прежде чем получить в таинстве Крещения благодать Святого Духа, нисшедшего в виде голубя, сначала исполняет закон. Так и нам, чтобы действительно сделаться благодатными, уже окончательно возродиться, нужно еще исполнять разные законы, каноны, «правила», «послушания», чины и так далее. Закон, следовательно, нужно исполнять сначала.Господь несется «родителями» в храм и обрезанием Своим показывает, что нужно действительно восстановить завет, связь, жизнь с Богом. Это — первая задача; ее первую Он и исполняет.

Как мы знаем из Евангелия (Лк. 2, 21), при обрезании в восьмой день по рождении нарекали имя. И если вы по Библии просмотрите, то легко увидите, что имена давались не случайно, а со значением. Обычно означалось осуществление чего-либо ожидаемого или предназначение рожденного и т. п.

Господь, как мы видели и знаем, пришел для того, чтобы восстановить порванный завет людей с Богом, живой завет — оживить людей или, как мы обычно говорим, спасти людей. Поэтому как же Его было иначе назвать, как не Спаситель?

Очевидно? Несомненно. А по-еврейски Спаситель (Иисус — греческое слово от еврейского) — Иехошуа (или сокращенно Иешуа, Иешу), что значит «Бог спасение его», или еще короче — «Бог Спаситель». Это имя дано было еще раньше рождения, при Благовещении, Архангелом Гавриилом, то есть по повелению Пресвятой Троицы (Мф. 1, 21) с объяснением, что Он, Иисус избавит (по-славянски «спасет») люди Своя от грех их (Мф. 1, 21). Он спасет; не «сами» они спасутся… Следовательно, уже в этом имени указано все Его будущее: искупительное служение миру.

Или иначе сказать: в имени Его сокращенно, словом, наименовано то, что совершалось делом, чином, обрядом — обрезанием, как знамением установления связи Бога с людьми. Дело Господа Иисуса Христа — в одном имени: Спаситель. Иисус — имя Ему. Как это и отрадно, и важно, и понятно!
День именин

Отсюда теперь понятно, что день обрезания Господня есть и день Его имени, или «именины». А назван Он «Богом» — по Отцу Своему. И вообще у евреев было желание называть сыновей по имени отца; так и родственники советовали Елисавете называть Иоанна Крестителя (Лк. 1, 59) в честь отца.

В имени уже указано все последующее дело Господа: в начале указано все остальное.

Так новозаветное сплелось с ветхозаветным: пришел Спаситель «ветхого» человека, дабы сделать его «новым»; Ветхий Завет переходит в Новый. И теперь понятно, почему обрезание должно было быть первым праздником по Рождестве Христовом: здесь узел Ветхого и Нового Заветов, конец одного и начало другого. Это определение всей последующей задачи: это, следовательно, нужно было обозначить в самом начале. Потому и праздник пришелся между Рождеством и Крещением. Не оттого лишь, что обрезание должно было совершаться в восьмой день, но и по смыслу, взаимоотношению событий: сначала рождение, потом означение Его служения, и уже потом выступление на проповедь — крещение.

Но сие именование, сии «именины» Господа Иисуса были сокровенны. Никто и не подозревал тогда исполнения смысла имени Иисус, кроме Иосифа и Марии. При рождении хоть были пастухи, волхвы; узнал Ирод, книжники и т. д. При Сретении будут праведный Симеон, Анна и другие в храме,а здесь — только Иосиф и Мария, да священник, совершивший обряд в храме. Именины Господни были тайны, сокровенны. И самый праздник — «спрятанный» между двумя другими великими событиями. Так нам открывается, что нынешний праздник есть «день Иисусов».

Мне это обрезание плоти раньше казалось слишком уж человеческим. Да! Но Он был именно совсем, совершенно, как и мы, Человеком. Значит, в сей день наречения имени Его и мы должны поклониться Ему, как Господу, возблагодарить Его, что пришел ради нас, и просить главного, о чем говорит Его Имя, и что делает Он в чине обрезания — спасти нас.

Иисусе Спасителю — спаси нас!
Иисусе Искупителю — к Отцу Твоему приведи нас!

А ныне Господь начал исполнять закон…

Мы согрешили в прародителях, а потом и сами грешили и грешим. Закона не исполняем. Сами мы не могли этого и не можем. А Он начинает исполнять и исполняет. Что же мне из того?

Возьмем пример понятный. Сын, предположим, не хочет поститься, говеть и т. п. Тогда мать начинает все это творить за него, а свое особо продолжает. Это она делает по связи с ним, по единению, по любви… И труд ее Господь принимает за сына: на этом ведь основаны молитвы и милостыни за умерших… Этим Он освобождает от наказания…

Подобно сему Господь начинает исполнять, как должно, закон — не внешне лишь, но главным образом внутренне, — за нас. И Господь Отец принимает эту жертву единения и возвращает опять Своего Духа, Которым снова усыновляет людей.

митрополит Вениамин (Федченков)

Рождество Христово

 

«Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума…»

«Свет разума» Может быть, ни в чём не нуждается современный мир, как в том свете разума, о котором торжественно возвещает рождественская песнь. Действительно, нужно ли доказывать, что мир погружён в страшную, с каждым днём сгущающуюся тьму, а погружённое в эту тьму человечество только разумом оправдывает все свои безумные поступки, своё страшное и ускоряющееся движение к пропасти?

Но, может быть, это не тот разум? Может, произошло с ним нечто такое, что сделало его источником тьмы? И вот отходим мы от него и начинаем духовно следовать за той таинственной звездой, за которой пошли две тысячи лет назад мудрецы с Востока. Они тоже искали разума, мудрости, и именно этот поиск повлёк их в такое странное путешествие. И что же увидели они? Нам так долго говорили о «неразумности» религии, что не сразу становится очевиден свет, льющийся из евангельского рассказа о звезде и пещере, о Ребёнке и людях, пришедших к Нему.

Но вот приближаемся и мы. И первое, что мы чувствуем — это освобождение. До чего далёким, пустым кажется нам теперь, в свете этой удивительной и единственной в истории ночи, наш грохочущий мир! Какая тишина, чистота и простота! Здесь никто ничего не доказывает, не пропагандирует. Но мудрецы с Востока становятся на колени перед этим Ребёнком и в Нём узнают Бога. И всё здесь — мудрецы и пастухи, вся эта ночная природа и звери -говорит нам: «Неужели не ясно вам, что Бог есть любовь, что не страхом, не чудесами и не всесокрушающей мощью хочет Он явиться нам, но только любовью и так, чтобы и наше сердце ответило Ему любовью?» И рушится вся наша логика, и молчит наш затемненный разум, но начинает сиять, на все века сиять свет подлинного разума.

Слава в вышних Богу, и на земли мир, и в человецех благоволение (Лк. 2, 14). Мы не знаем, как услышали и как записали эту небесную песнь пастухи, но знаем, что не могла она быть выдумана помрачённым человеческим разумом и потому пришла к нам действительно свыше. И вот всё меняется. Исчезает страх и загорается любовь, исчезает недоверие и умножается благоволение. Этот беспомощный и беззащитный Ребёнок ещё ничего не произнёс, но в Нём видим мы возможность для себя совсем иной жизни, иного, исполненного любви и добра, мира. И главное, различаем в Нём иной, божественный разум, иную, Божественную истину, иной, Божественный смысл. С нашим затемнённым разумом мы оказались в тупике. Разум обещал нам свободу — и вот мы в рабстве, обещал счастье — и вот со всех концов мира несутся вопли страдания, обещал мир — но нет места, где жизнь ни была бы подчинена приготовлениям к войне, где не полыхает вражда. Но чем сильнее тьма в мире, тем ярче свет Рождества, и к его свету мы можем идти.

«Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума…»  И сделав хоть шаг на этом пути, мы немедленно узнаем по безошибочному свидетельству радости, зажигающемуся в сердцах, что тут, у яслей с Богомладенцем, — вся мудрость, всё добро, вся красота. Тут падает пелена с нашего возгордившегося земного разума, и он в смирении начинает заново видеть и отражать вечный свет.

протопресвитер Александр Шмеман

МЫСЛИ О ГЛАВНОМ
  • Сколько отнимешь у тела, столько придашь душе. cвятитель Василий Великий
ПОМОЧЬ СТРОИТЕЛЬСТВУ ХРАМА
Храм Сретения Господня © 2012 - 2018 . Все права защищены.