Mottisfont_Abbey_Garden.jpg
ЦЕРКОВНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
СРЕТЕНСКИЙ ЛИСТОК
listok
ПРАВОСЛАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

Архив рубрики «Церковный год»

Святые – это те, кто поверили, что Евангелие написано про них

В первый воскресный день после дня Пятидесятницы Церковь прославляет всех святых. Вот и сегодня, празднуя этот день, каждый так или иначе становится именинником, зная, что каждый из нас крещен во имя Христово и имя носит одного из тех, кто угодил Богу и прославился, и стал святым.

Протоиерей Алексий УминскийКто эти люди — святые? Какое они к нам еще отношение имеют, кроме того, что мы носим их имена? Что мы перед их иконами ставим свечи и заказываем молебны, обращаемся к ним в трудную минуту, когда нам нужна их молитвенная помощь и поддержка. Мы, в общем, даже знаем к каким святым, по какому поводу стоит обращаться, какие святые при каких случаях лучше всего могут нам помочь.

Вопрос вот в чем: что же делает человека святым, насколько эти люди, которых мы называем святыми, чьи иконы сейчас на нас смотрят, имеют к нам прямое отношение? Когда мы обращаемся к таким источникам, как жития святых или каноны, прославляющие их память, иногда создается такое впечатление, что эти люди — особенные, и мы на них никак не можем быть похожи. Что мы и они из разного теста. Другие эти люди — святые.

И действительно, читаешь житие кого-нибудь из святых подвижников, и думаешь, что, наверное, Бог специально посылает на землю особенных людей, для того чтобы они здесь прожили особенную жизнь. И эти люди не могут с нами быть близки, потому что мы все время падаем, сомневаемся, нас обуревают страсти и искушения, нас всегда, все время что-то раздирает. А они такие цельные, такие правильные, такие сильные, у них все получается правильным образом.

Думаешь, что человек — святой, понятно, что он таким родился, и изначально ему такое место в жизни уготовано — быть святым. Он родился святым, во чреве матери уже был святой, когда появился на свет, то в среду и пятницу не вкушал молока материнского, с детства был предназначен особым видениям, чудотворениям и так далее, и тому подобное. Понятно, что с нами ничего такого никогда не случалось, у нас все как у людей, а у него все — не как у нас.

И тогда получается, что святые — это особые инопланетяне, которых Господь забрасывает к нам на нашу землю, для того чтобы они тут прожили, нас удивили, восхитили, а потом забирает их обратно и делает специальными исполнителями наших заемных желаний. Мы им молимся, заказываем молебны: «Святителю Николае, моли Бога о нас», — святитель Николай нам помогает всегда. «Блаженная Матрона, проблемы все мои реши», — и Матрона бежит к нам на помощь.

У них есть своя функция, их специально для этого Господь создал, чтобы они прожили на земле, а потом нам помогали. Но если это так, то тогда мы к ним никакого отношения иметь не можем. И тогда нет смысла прославлять их память, потому что раз их Господь специально создал святыми, то в этом и нет их особенного подвига, нет личной заслуги, потому что им от Бога было уготовано быть святыми.

Недавно я имел разговор с одной женщиной, которая говорила: «Батюшка, как вы считаете, я про Марию Магдалину все время думаю — у нее была такая полнота, она ни в чем не сомневалась, жила, шла за Христом — как бы достичь такого, чтобы у меня тоже была такая полнота, чтобы тоже у меня так все было, все на своих местах, ничего не раздирало меня».

Действительно, такое впечатление, что раз он — святой, то у него все в порядке, уж если есть искушение, то поборется святой и обязательно победит, у святого нет вопросов, нет сомнений, внутренних мучений, нет никакого состояния, которое бы разделяло его в отношениях с Богом, как это бывает с нами иногда. Со святыми такого не происходит.

И я подумал, что, наверное, это не так. Если со святыми такого не происходит, если святые живут на земле без сомнений, если у них нет внутреннего состояния хоть иногда богооставленности, то тогда что-то не так, тогда это какая-то иная жизнь, потому что мы знаем о жизни святых в основном из таких источников, которые называются «жития». И смотрим в основном на иконы, то есть на такое изображение, которое показывает нам святого уже прославленным, уже победившим всякие искушения, победившим этот мир.

А потом встречаешься с какими-нибудь другими источниками, например, с дневниками. С дневниками, скажем, святителя Николая Японского, или с дневниками святого праведного Иоанна Кронштадтского, или с записями наших новомучеников и исповедников и воспоминаний о них. И вдруг понимаешь, что эти люди — они такие же, как мы. Они очень на нас похожи, у них много сомнений, внутренних переживаний, у них есть настоящая, глубокая тоска по Богу, у них нет никаких описаний собственных чудес или подвигов, а только описание собственного недостоинства и постоянного поиска Бога до самого конца.

И тогда задается вопрос: кто же эти святые, если они — такие же люди, как мы? Если это не такие люди, как мы, то тогда, действительно, у нас нет с ними никакой связи, и они существуют только для того, чтобы решать наши квартирные проблемы. А если это люди такие же, как мы, с такой же тоской по Богу, с такими же сомнениями, искушениями, тогда что же их сделало святыми? Почему они стали святыми, а мы ими никак не становимся, у нас ничего в жизни не происходит?

И вот на это есть один ответ: прежде всего эти люди поверили, что Евангелие написано про них, то, что написано в Евангелии, абсолютно каждым словом касается жизни человека. Мы, христиане, за много-много столетий истории нашей веры сумели себя так приучить, что Евангелие к нам отношения не имеет, что это такая прекрасная святая книга, в которой написано о том, как Христос ходил по земле, совершал чудеса, оставил нам свои учения, и как Он кому-то, отдельным людям, ну, скажем, апостолу Петру, говорил так: вот, иди по воде, а другим апостолам, как сегодня сказал: «Кто любит отца или мать свою больше Меня, тот Меня не достоин».

И это сказано про них, а не про нас. А для нас существуют утренние и вечерние молитвы, четыре поста во время года, замечательное правило благочестия и аскетики, все правила, по которым мы живем. Это существует для нас. И если мы будем все делать правильно и хорошо, то мы обязательно спасемся, потому что Церковь существует для нас, чтобы эти вещи наполнять, обслуживать нас, для того, чтобы мы правильным образом выстраивали свою жизнь.

Ну, и святые, соответственно, существуют для этого. Для того, чтобы мы заказывали молитвы, ставили свечи пред их иконами, молились им в случае наших житейских неудач. А святые — они по-другому жили. Прежде всего, они глубочайшим образом поверили в каждое слово Евангелия, и стали это слово применять к себе и поняли, что если Господь говорит это слово Петру, то Он говорит его и мне. И если говорит Господь юноше богатому: «Иди за мной», — то это не про какого-то юношу две тысячи лет назад написано, а про меня написано сегодня.

Так Антоний Великий пришел в храм, услышал вот это евангельское чтение о богатом юноше, вышел из храма, оставил все, и в пустыню ушел, и так монашество родилось. И так все появилось в нашей христианской жизни, святость появилась, потому что каждый понял, что через Евангелие Господь обращается к сердцу человека. С разной интонацией, но всегда через Евангелие и никак по-другому. И это первое, что этих людей сделало другими, христиан.

А второе то, что они не испугались, в отличие от нас, даже когда мы понимаем, что это касается нас, не испугались по этому Евангелию жить. Они решились, как Петр, оставили все и пошли за Христом. И больше ничего. Никаких специальных штук не было, никаких правил. Просто они так же избраны, как и мы с вами, те самые «избранные», о которых говорится сегодня, их много избранных. Много избранных — это все мы. Для того чтобы услышать Евангелие и не испугаться жизнью его прожить. Больше ничего для святости не нужно. Только это и делает человека святым.

Страшно принять это слово Божие, поверить, что Евангелие написано для тебя, страшно взять и пойти за Богом, страшно… Но без этого никогда человек святости не достигнет. Никаким особым подвигом поста или расточения своих имений, или говорением на других языках, нет, даже если тело свое отдаст на сожжение ради великой идеи — нет, все равно это не будет святостью. Святость будет только тогда, когда ты, восприняв Евангелие, как слово, сказанное тебе Богом, не испугался за Ним пойти. Этому и учат нас наши святые. И мне кажется, об этом прежде всего нам и стоит у них просить в будущем.

протоиерей Алексий Уминский

Что Бог дал Церкви взамен дара говорения «на иных языках»?

Наместник Троицкого Ионинского монастыря о главном чуде праздника Троицы.

Без синяков в духовной жизни — никак
Кто из нас не помнит благодатного времени своего воцерковления? На всю жизнь остаётся в памяти та ревность в посещении богослужений, в чтении книг и в домашней молитве, которую Господь нам тогда давал, чтобы мы укрепились в вере, чтобы устояли в истине, которую только что узнали.

Но, как младенец не может постоянно находиться в одном и том же состоянии, но растет и развивается, и если сначала его кормят мягкой пищей, пеленают и заботятся особенно внимательно, то когда начинает ходить, его потихоньку отпускают, так и Господь по мере нашего духовного возрастания потихонечку отпускает нас, как говорится, в свободное плавание.

И хотя ребенок падает, набивает шишки и синяки, но без этого нельзя, иначе он не вырастет. Так и человек наделен свободной волей, и его нельзя — даже такими благими средствами, как призывающая благодать — насильно удерживать в вере.

Церковь выросла
В Евангелии мы читаем, как трогательно Господь Иисус Христос заботился о Своих учениках — об апостолах. Но мы знаем, что чудеса, происходившие тогда, после в истории практически уже не повторялись. Никогда больше Господь так видимо не являлся людям.

И дар говорения на иностранных языках, который получили апостолы в день Пятидесятницы, когда сошел на них Святой Дух, по прошествии какого-то времени в Церкви тоже больше уже не встречался. Почему так?

Потому что Церковь окрепла. Церковь выросла. Появилось множество и устных, и письменных свидетельств о Христе. И стали как никогда актуальными слова, сказанные Господом апостолу Фоме — о том, что «блаженны не видевшие, но уверовавшие».

Мы все с вами и есть эти «блаженные». Потому что не осязали раны Христовы, не видели Его, Воскресшего, своими глазами. Но мы веруем в это. Как апостол Павел говорил, «если Христос не воскрес, то вера наша тщетна», так мы и веруем. И это о нас Господь сказал — «блаженные».

Поиски чудес на срезе дерева

епископ Обуховский Иона

Но, к сожалению, бывают моменты, о которых тоже предупреждал Христос. Когда Его просили явить какое-то свидетельство о Себе, Он отвечал: «Род лукавый и прелюбодейный знамения ищет, и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка».

Действительно, как Иона три дня пробыл во чреве кита, так и Господь три дня был во чреве земли. И, как Иона был спасен и увидел Божий свет, так и Христос на третий день воскрес из мертвых. Это и есть — самое главное знамение. И самое главное чудо, в которое мы должны верить.

Но род сей — лукавый и прелюбодейный. Все равно сердца человеческие остаются в том же поврежденном состоянии, в какое пришли после грехопадения Адама и Евы. Мы повреждены грехом и потому продолжаем искать знамений и чудес.

Какой огромной популярностью пользуются в сети, или из рук в руки передаются фотографии каких-то свечений вокруг храмов или священников. Какие толпы собираются вокруг дерева, если разносится слух, что на его срезе проявилось некое подобие иконы Богородицы. К таким местам начинаются буквально массовые паломничества. И таких примеров — не счесть.

Откликнуться на зов
Но вот оно, перед нами — самое главное чудо в мире. Каждую Литургию, за Царскими вратами — Сам Христос в Своих Пречистых Тайнах, и мы имеем возможность причаститься Его Пречистой Плоти и Крови.

К этому чуду и нужно стремиться. К этому чуду нас призывает Господь — всегда, на каждой Литургии. Он говорит: «Примите, ядите… Пийте от нея вси». И не ищите иных чудес, как это делает лукавый и прелюбодейный мир.

Будем же всегда откликаться на этот зов. На каждой Литургии будем приступать к этому главному чуду, которое происходит в каждом храме Святой Православной Церкви. И вновь и вновь вместе с апостолом Фомой будем исповедовать свою веру во Христа: «Господь мой и Бог мой».

Иона (Черепанов), епископ Обуховский

Слово в день перенесения мощей святителя и чудотворца Николая

«В вечной памяти будет праведник…» (Пс. 111:6).

Сегодня праздник великого праведника и угодника Божия святителя Николая в честь перенесения честных мощей его из города Мира в Бари.

Он — велик в мире. Он — велик в Церкви Христовой! И память его, начиная со дня его кончины 6 декабря 342 года, прошедшая сквозь столетия и достигшая наших дней, лучшее тому свидетельство.

Не изумительно ли, дорогие мои, что недосягаемая высота жизни святителя Николая и служения его Богу не разделяет нас с ним, но делает его особенно близким и желанным нам. А соприкасаются с ним многие и очень многие: и верующие, и неверные, и православные, и инославные — и раньше, и теперь. В чем причина такой всеобъемлющей власти святителя над людьми? Да в том, что он во всей возможной для человека полноте уподобился Подвигоположнику своему Христу, исполняя заповеди Его. А Господь сказал: «Любящих меня я люблю, и ищущие меня найдут меня» (Притч. 8:17).

От юности полюбил святитель Николай Бога, и Бог полюбил его.

А Своим избранникам Господь дает столь великую благодать, что они любовью обнимают всю землю, весь мир, и душа их горит желанием, чтобы все люди спаслись и видели славу Господню.

Собственными свойствами святой души святителя Николая стало умение любить, умение снисходить ко всякому человеку, к разным людям и дать каждому именно то, что ему нужно.

О святителе Николае, архиепископе небольшого малоазиатского городка Миры Ликийские, почти нет достоверных письменных свидетельств, но «дивен Бог во святых Своих», и Он наполнил мир великой славой деяний Своего избранника до сего дня. Сказания и предания многое сохранили из жизни святителя, а еще больше хранится известий о его посмертных чудесах.

Православная Церковь празднует память святителя Николая каждый четверг недели наравне с памятью святых двенадцати апостолов. Она празднует торжественно день его рождества 11 августа (29 июля), день его преставления 19 (6) декабря и также бережно хранит праздничную память о перенесении его святых мощей 22 (9) мая из Мир Ликийских в южный итальянский город Бари, где они покоятся и доселе. Дела жизни сохраняют предания, Господь же сохранил для нас неоспоримое доказательство величия жизни святителя Николая в его святых и нетленных мощах, источающих святое миро, как свидетельство о том, что земная наша жизнь, прожитая беспредельно в Боге, бессмертна.

Семьсот с лишним лет после кончины своей почивал угодник Божий в городе, где некогда служил. Но когда Ликийская страна была разрушена сарацинами и храм, и сама гробница святителя пришли в запустение, он явился во сне священнику города Бари в южной Италии и повелел перенести его мощи в этот город. Не захотел святитель Николай — великий ревнитель и поборник веры Христовой — пребывать святыми мощами своими среди врагов Христовых — магометан.

Тайно, без торжества и пышности, но с горячей верой и любовью, с помощью самого угодника мощи были похищены барянами и на корабле доставлены в Бари, где бесценное сокровище встречали многочисленное духовенство и верующий народ. И ожила память святого в тот момент обильным излиянием его бесчисленных благодеяний в чудесах исцеления.

Знаменательно то, что прибыл святитель в город Бари 9 мая 1087 года, в воскресный день, в день памяти святых отец Первого Вселенского Собора, того Собора, на котором святитель Николай дерзновенно воинствовал против ереси безумного Ария, наставляя Святую Церковь в истинной вере.

И опять в эти дни перенесения святых мощей, как и 762 года назад, святитель Николай дает земной воинствующей Церкви неоспоримое доказательство и свидетельство силы Божией, изливаемой в Православной Церкви через верных ее служителей. В первую ночь по перенесении святых мощей было явлено сорок семь исцелений, на следующий день — двадцать два, в среду — двадцать девять, в четверг исцелен слепой и глухонемой юноша, пять лет страдавший болезнями, в субботу исцелилось одиннадцать недужных… Исцеления продолжались. Продолжаются они и поныне. Исцелял святитель Божий Николай тела и души своих современников при жизни своей, врачует он и теперь всех, призывающих на помощь святое имя его.

Уже тысячелетие наш народ исповедует веру во Христа, и тысячу лет тут почитается имя святителя Божия Николая. К нам он пришел одновременно с Православием, его святая ревность по вере и благочестию воспитывала наш народ. Множество храмов воздвигалось его молитвой и с его именем, каждая церковь, каждый дом хранили как святыню икону святителя, имея его своим помощником и покровителем.

Нелегок исторический путь Церкви. Нельзя нам с вами, дорогие мои, забывать, что начался-то путь Христовой Церкви в Сионской горнице благословением ее основоположника Христа, и почти сразу вместе с Ним вышла она на путь страдания. И не раз уже поднималась она на своем пути на Голгофу. И по тому, сколько пережила Церковь смертей, давно бы ей уже не быть на лице земли.

Но она жива! «…созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют её«, — сказал Господь (Мф. 16:18). Жива Церковь Господом и молитвами святых своих, которые, пройдя крестный путь жизни и все претерпев, получили силу за верность свою войти в Церковь Торжествующую Небесную и стать столпами Церкви земной.

Святителю отче Николае, помогай нам, ведь ты столп и нашей Церкви! Помогай нам, ведь по-прежнему дух века, дух мира сего дышит на нас, на Церковь своим смрадным дыханием, поражая нас маловерием, малодушным неверием и убийственной холодностью к вере.

Будем же помнить и приводить всегда на память потрясающие слова святого праведного Иоанна Кронштадтского, обращенные к нам: «Множество существует отдельных вероисповеданий христианства, с различным устройством внешним и внутренним, с различными мнениями и учениями, нередко противными Божественной истине Евангелия и учениям святых апостолов, Вселенских и Поместных Соборов и святых отец. Нельзя считать их все за истинные и спасительные: безразличие в вере или признание всякой веры за одинаково спасительную ведет к безверию или охлаждению в вере, к нерадению об исполнении правил и установок веры, к охлаждению христиан друг ко другу«.

«… Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу» (Лк. 22:31). Это он, сатана, и сделал, и делает, то есть породил расколы и ереси. Строго держись единой, истинной веры и Церкви: «…один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех» (Еф. 4:5-6). А для этого борись со всяким злом, немедленно гаси его, воюй с ним данным тебе от Бога оружием святой веры, Божественной мудрости и правды, молитвою, благочестием, крестом, мужеством, преданностью и верностью. Будем все всегда помнить и сознательно исповедовать Символ святой Православной веры, будем в Боге и с Богом.

Мы с вами, дорогие мои,— чада Святой Православной Церкви не по праву нашему, но по любви Божией к нам. И любовь эта безгранична, она не зависит от времени, но всегда имеет силу. И любовь эта сохранит нас во все дни до скончания века.

Святителю отче Николае, моли Бога о нас! Аминь.

архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

Вознесение Господне

После Своего Воскресения Господь наш Иисус Христос в течение сорока дней пребывал на земле. Как только Он воскрес, Ему уже подобало быть на небесах, но Он остался на земле, чтобы уверить всех в действительности Своего Воскресения. Своим святым апостолам Он “явил Себя живым, но страдании Своем, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием” (Деян.1,3).

Христос вознесся на небо с горы Елеонской (Деян. 1,12), где так часто проводил ночи в молитве, где предал Его Иуда, откуда начинался Его голгофский путь.Христос возносится на небо, где подобает Ему быть и где Он должен приготовить место для нас: “Я иду приготовить место вам” (Ин.14,2).

Как в Ветхом Завете первосвященник входил во святая святых, чтобы ходатайствовать за людей перед Богом, так и Христос возносится на небо, “чтобы ходатайствовать за нас” (Евр.7,25). Уже одно Его присутствие на небе достаточно для нас, ибо Освятивший и Возвысивший в Его Лице человеческую природу покроет милостью и тех, ради которых: Христос принял человеческое естество. Итак, “нисшедший, Он же есть и восшедший превыше всех небес, дабы наполнить все” (Еф.4,10).

Христос вознесся на небо Своею божественною силою. Облако, которое сокрыло Его от очей апостольских, было не средством перенесения, а почестью Божества, как и слава Бога Израилева в виде облака наполняла скинию. “И покрыло облако скинию собрания, и слава Господня наполнила скинию” (Исх.40,34). Место Его после Вознесения — место “превыше всех небес”.

Почему же апостолы после Вознесения, разлучившись со Христом, возвращаются во Иерусалим без печали, а с радостью? Они запомнили в первую очередь обещание Христово: “Се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь” (Мф.28,20). Он, вездесущий и все исполняющий, всегда с нами и Своим Божеством и Своим человечеством: в мире, в Церкви, в Евхаристии, в жизни, в душе.

Вознесение Христово укрепляет нашу веру, которая и состоит в том, чтобы верить в невидимое. Велика была заслуга апостолов, ибо они через видимое человечество Иисуса Христа уверовали в Его Божество. Но еще большая заслуга тех, которые верят в Него, не видевши: “Блаженны не видевшие и уверовавшие” (Ин.20,29).

Вознесение Христово утверждает нашу надежду. Уже сам факт, что Христос человеческую природу вознес на небо, дает нам надежду, что и мы там будем. Кроме этого, Сам Христос говорил: “И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я” (Ин.14,3).

Вознесение Христово возгревает в нас любовь к небесным предметам. Апостол Павел говорит: “Ищите горнего, где Христос сидит одесную Бога; о горнем помышляйте, а не о земном” (Кол.3,1 — 2); ибо “где сокровище ваше, там будет и сердце ваше” (Мф.6,21). А о том, что Дух Святой есть та самая любовь, которая направляет нас ко всему небесному, говорит Божественный Учитель Своим ученикам: “Лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам” (Ин.16,7).

“Что далеко от очей — далеко от сердца”. Эта пословица справедлива только в отношениях между людьми, но не в отношении человека к Богу. Здесь вернее будет обратное: “Далеко от очей — близко сердцу”. Но ведь и по Вознесении Христос не сокрылся от взоров человеческих: Он явился на пути в Дамаск, чтобы из Савла, преследовавшего Церковь, сделать апостола народов (Деян.18,8). Можно с верой принять, что являлся Он, вероятно, и Своей Пресвятой Матери, пока Она пребывала на земле. Являлся Он многим святым угодникам. Увидим мы Его при кончине мира, когда Он придет судить мир.

Главным делом для нас должно быть старание, чтобы в тот последний день показать праведному Судии и засвидетельствовать перед Ним, что Его Вознесение действительно было для нас укреплением веры, утверждением надежды и возгреванием любви. Если это совершится, тогда мы услышим из уст Божественного Спасителя: “Приидите… наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира” (Мф.25,34).

Блаженнейший митрополит Владимир

Слова Праздника

 

Тропарь праздника

 

Вознеслся еси во славе, Христе Боже наш, / радость сотворивый учеником, / обетованием Святаго Духа, / извещенным им бывшим благословением, / яко Ты еси Сын Божий, Избавитель мира.

 

Христе Боже наш! Ты вознесся во славе, исполнив радостью учеников Своих через обещание им Духа Святаго, уверив их Своим благословением в том, что Ты есть Сын Божий, Искупитель мира.

 

Кондак

Еже о нас исполнив смотрение, / и яже на земли соединив Небесным, / вознеслся еси во славе, Христе Боже наш, / никакоже отлучаяся, / но пребывая неотступный, / и вопия любящим Тя: / Аз есмь с вами, и никтоже на вы.

 

 

Исполнив весь замысел о нашем спасении, / и то что на земле соединив с небесным, / вознесся Ты во славе, Христе, Боже наш, / совсем не оставляя нас, но пребывая неразлучно / и взывая любящим Тебя: / «Я – с вами и никто – против вас!»

 

Неделя 6 по Пасхе. О слепорождённом

Мы слышали сегодня рассказ о слепорожденном. Мы не знаем опытно, что такое телесная слепота; но мы можем представить, насколько этот человек был замурован в самом себе, насколько весь окружающий его мир существовал для него лишь как отдаленное звучание, нечто, чего он не мог вообразить, представить; он мог придумать мир вокруг себя: он мог на ощупь, на слух сколько-то представить себе то, что его окружает; но полная, совершенная реальность ускользала от него.

Мы не слепы физически; но сколь многие из нас замкнуты в себе! Кто из нас может сказать, что он настолько открыт, что он способен воспринимать мир во всей его широте, во всей его глубине? Мы встречаем людей и видим их своим взором, но часто ли случается, что за внешними очертаниями, формами, всей внешностью мы прозреваем что-то глубинное в человеке? Как редко мы взглянем в глаза человека и поймем его до глубины! Мы окружены людьми, и каждый человек – единственный для Бога; но единственен ли для нас каждый человек? Разве вокруг нас не просто „люди”? Да, у них есть имена, фамилии, прозвища, мы можем их узнать по внешности, но мы их не знаем на сколько-нибудь значительной глубине…

Таково наше положение; мы слепы, мы глухи, мы бесчувственны к внешнему миру; а между тем мы призваны читать знамения. Когда мы встречаем кого-нибудь, мы должны бы подходить к этому человеку как к тайне, то есть как к чему-то, что мы можем открыть для себя только глубоким общением, войдя в такие взаимоотношения, может быть, безмолвные, может быть, облеченные в слова, но столь глубокие, что мы можем знать друг друга – не так, конечно, как Бог знает нас, но знать друг друга в свете Божием, просвещающем каждого из нас и всех нас.

Более того: мы можем, каждый в меру своих сил, своих дарований совершить то, что сделал Христос. Он отверз глаза этого человека. И что тот увидел? Первое, что он увидел, был лик воплощенного Сына Божия; иначе говоря, он увидел любовь воплощенную. Когда его очи встретили взгляд Христа, он встретил Божие сострадание, Божию любовь, Божию глубокую заботу и понимание. Точно также многие люди могли бы начать прозревать, если, встречая нас, они встречали бы людей, в глазах которых, на лице которых они могли бы увидеть сияние подлинной, трезвой любви; такой любви, которая не сентиментальна, но зряча, любви, которая способна видеть и понять. Если бы так было, мы могли бы быть для окружающих нас людей откровением того смысла, который содержит, хранит мир: через искусство, через красоту, через науку, через все средства, которыми можно уловить красоту и провозгласить ее среди людей.

Но так ли мы поступаем? Заботимся ли мы о том, чтобы донести до каждого, кого мы встречаем, широту, и глубину, и красоту, и значение всего? Не стремимся ли мы больше получать, чем давать? А ведь апостол Павел говорит, что блаженнее давать, чем получать. А он получил так много! Он получил познание Бога в собственном опыте веры; он получил все научение, и познание, и опыт, доступный Ветхому Завету, а затем Христос Сам открылся ему: чего только он не получил! И однако, он больше радовался, отдавая, потому что он не хотел быть обладателем всех выпавших ему сокровищ; он хотел делиться ими, отдавать, хотел воспламенить людей горевшим в нем огнем.

Задумаемся над тем, как мы богаты, как одарены, как много нам дано видеть, слышать. И осознаем, насколько трагично, вместе с тем, мы замкнуты в самих себе, пока мы не сокрушим эти стены ради того, чтобы давать, столь же щедро, столь же широко, не скупясь, как мы сами получили. Тогда, действительно, по слову Христову, радость наша исполнится. И никто, ничто не сможет никогда отнять ее от нас.

Неделя о самарянке

Сегодня мы слушали Евангелие о том, как Христос встретился у колодца с женой самарянской. Этот чтение занимает центральное место среди евангельских чтений Пасхального Цикла и стоит почти посередине между праздником Пасхи и святой Троицей. После Cвоего Воскресения Господь в течении сорока дней являлся ученикам, и открывал им тайны Царства Небесного. Они подобны евангельским чтениям, которые звучат в храме от Пасхи до Вознесения. В эти удивительные пасхальные недели Господь и нам, как Своим ученикам, открывает тайны Царства Небесного и готовит к событию, которое для Апостолов случилось в Пятидесятнице, когда на них сошел Святой Дух. Так и нас Церковь готовит к празднику Святой Троицы, празднику Сошествия Святаго Духа.

В среду перед воскресным днем, в который читается притча о самарянке, служится праздник Преполовения, в который после Литургии освящается вода, подчеркивая смысл этого праздника: каждый из нас есть существо жаждущее, жаждущее настоящей жизни, которая нас ожидает впереди. «… жаждущую душу мою благочестия напой водами», – так поют в церкви в день Преполовения.

А в воскресный день евангельское чтение рассказывает нам, как Христос у колодца попросил напиться у простой женщины, которая ни по вере, ни по жизни своей, ни по духовному состоянию, не была Ему близка. Она была, самарянкой, вероотступницей. Самаряне отступили от закона Моисеева, смешались с язычниками, приобрели массу языческих обычаев и обрядов, исказили учение, которое Господь явил в Священном Писаниии. Христос стоял на чужой земле, среди враждебного населения, потому что путники-иудеи, которые шли в Иерусалим, в Самарию не заглядывали.

Веками враждовали иудейский и самарянский народы. Обида, когда-то нанесенная самарянскому народу при восстановлении Иерусалимского храма не была забыта и прощена. Каждый самарянин старался отомстить иудею, проходящему по его земле, во всяком случае, стакана холодной воды в жаркий день он, конечно, никогда бы ему не поднес. И иудеи относились к самарянам хуже, чем к язычникам, не почитая их за наследников Завета, а считая предателями веры, недостойными даже того, чтобы с ними есть из одной посуды и пить из одного черпака.

И вот неожиданно ученики Христовы во главе со своим Учителем проходят именно этой землей, которую иудеи обычно обходили. В дневной зной Христос останавливается у колодца Иакова, у той святыни, которая могла бы соединить эти два народа, потому что самаряне вели свое происхождение от Иосифа, и для них, как и для иудеев, колодец Иакова был непререкаемой святыней. Ученики оставляют Христа у колодца, а сами уходят, чтобы добыть пропитание.

У колодца Христос встречается с женщиной и начинает с ней разговаривать, что, конечно, удивляет самарянку, так как, по ее собственному слову, иудеи с самарянами не сообщаются. Но человек обращается к ней с миром и любовью, более того, – с просьбой: «Дай Мне пить, утоли Мою жажду». И с этого момента начинается очень важный разговор, который заканчивается для нее встречей с Богом и удивительным преображением всей ее жизни. Можно встретить Бога и остаться таким же, каким был, и уйти, ничего Ему не отдав и, соответственно, ничего от Него не получив. А вот с этой женщиной произошло удивительное: разговор начался с самых простых, казалось бы, вещей, но неожиданно ей открылось то, что никому из Апостолов в тот момент открыто еще не было. Пять мужей у нее было, и тот, с кем жила она в тот момент, оказался ей не мужем, как она призналась перед Христом. И, тем не менее, встреча у колодца явила этой женщине правду Божью.

Христос говорит с ней, раскрывая всю ее судьбу не только в событиях внешних, но и в том, что является для этой женщины самой глубокой болью, самой большой проблемой – несложившаяся жизнь, отсутствие семьи и любви. Ведь не случайно же эта женщина приходит к колодцу в самый зной. Можно представить себе, что такое Палестина в двенадцать часов дня, когда все стараются укрыться в тени. Но она сторонится людей и приходит к колодцу, когда там точно никого нет, и никто не бросит на нее осуждающий взгляд.

И вот она встречает Христа. И с этого момента с женщиной что-то случается. Она говорит: «Вижу, что ты пророк». И вместо того, чтобы к этому пророку отнестись как к чудотворцу, который может для нее что-то сделать, ответить на её жизненные вопросы, она не спрашивает о себе. Она не спрашивает, как мне устроить свою семью, как мне наконец-то получить своё земное счастье, но вдруг спрашивает о самых главных вещах: как поклоняться Богу, как встретить Мессию, когда придет время. Она не ищет земного, она ищет небесного. И ни тени сомнения в её словах. И когда она спрашивает о небесном, Христос ей открывает себя: «Я – Христос».

Никому из Своих Апостолов Господь не сказал о Себе: «Это я Христос». Он спрашивал: «За кого вы меня почитаете?». И когда Петр сказал: «Ты Христос», Господь ответил: «Блажен ты, Петр, сын Ионы, потому что не плоть открыла тебе это, а Отец Мой, который в небесах». Этому Апостолу было Богом явлено, что перед ним стоит Христос, Сын Бога Живого. И это же удивительное знание было дано женщине – самарянке, родившейся в чужой стране и живущей без закона.

Когда мы встречаем в своей жизни человека, который несет в себе знание духовных законов, знание правды Божьей, часто ли мы спрашиваем его по-настоящему о главном?

Вот у нас в последнее время люди ищут старцев, живущих пророческим духом, которые знают тайны Царства Небесного, которым открыто о мире, о людях, и о Боге нечто такое, что нам не доступно. И часто, приехав к старцам, они задают им очень важные вопросы, но не о духовной жизни, а о своих проблемах. Действительно, в нашей жизни много проблем: разрушенные семьи, заблудшие родственники, тяжелейшие болезни. Все это страшной печалью наваливается на наши плечи, и мы приезжаем к старцу и спрашиваем: «Отче, как мне быть? Отче, помолись за меня. Отче, сделай так, чтобы что-нибудь в моей жизни изменилось к лучшему». И в этом нет ничего плохого, действительно, жизнь многих людей такова, что часто сам человек, запутавшись в лабиринтах собственных духовных ошибок, не знает, как найти из них правильный выход. И вот мы едем к старцам и решаем свои житейские проблемы.

И самарянка могла бы просто дать Христу воды, спросить о житейском, и разговор бы не состоялся. Но как только женщина дала маленький повод для духовного разговора, Господь сразу на него ответил. Вот так случается в духовной жизни каждого человека: как только он открывает для Господа хотя бы самую маленькую щелочку в своей душе, Господь старается проникнуть в сердце человека, даже сквозь эту маленькую щелку. Господь жаждет жаждущих Его. В этот момент у этой женщины проснулось жажда духовной жизни и жажда истины. И когда Господь увидел в ней вот эту жажду, Он сразу стал с ней говорить о главном.

Христос говорит самарянке о том, в чем состоит истинный смысл жизни. Он говорит, что истинные поклонники поклоняются Отцу в Духе и Истине. В этих словах для нее раскрывается самое главное, что и для нас должно раскрыться как смысл и основание нашей веры. Ведь мы приходим ко Христу, как к удивительному животворящему источнику нашей жизни. Мы приходим к причащению Святых Христовых Тайн, становимся причастны благодати, которая нас наполняет и готова сделать нас совершенно другими людьми, такими, о которых говорит Христос: те, кто будут к этому источнику припадать, сами будут становиться источником жизни и смогут этой живительной водой напаивать других.

Ведь у каждого из нас есть определенная жажда, но есть и свои проблемы. Но женщина у источника забывает о своих житейских проблемах, просто не хочет о них думать. А у нас все ровно наоборот. Когда мы приходим к Причастию, это является способом и средством для того, чтобы наладить свою жизнь, чтобы набраться сил и терпения в нашей часто непростой жизни. Ведь каждый из нас думает, что причащение святых Христовых тайн дает некоторую силу, благодатную поддержку, некоторое освящение нашей души. Ну, конечно, благодать, ну, конечно, сила, ну, конечно, чистота. Но ведь это же не средство для того, чтобы жить на этой земле. Это даже не средство для того, чтобы попасть в Царствие Небесное.

Причащение святых Христовых тайн – это само Царствие Небесное, это Сам Христос, Который приходит к нам, с Которым мы соединяемся, и Который отдает нам всего Себя всецело, до конца, во всей полноте. Он и есть источник жизни вечной, Он и нас готов сделать иными.

Христос не осуждает самарянку, несмотря на ее неправедную жизнь, но беседует с ней и раскрывает такие глубокие истины, которые и Апостолы не слышали от него. Перед Петром и Иоанном, перед другими Апостолами Он еще что-то говорил, а уж женщины-мироносицы сидели на кухне и обед готовили. И вдруг перед женщиной-блудницей из какого-то нечестивого племени все сразу раскрывает. Мы ходим в Церковь годами, приходим каждое воскресенье, мы причащаемся, мы все делаем правильно, а вот пришла чужая эта женщина ко Христу, и Он сразу ей все дает…

И самарянка, поняв, Кто перед ней, больше ничего не спрашивает у Христа, потому что ей больше ничего не нужно. Она оставляет свой водонос, и тут же идет к своим единоплеменникам, чтобы об этом возвестить. Ничего у Господа не узнав еще, она в этот момент стала источником жизни вечной, источником воды живой, потому что тут же, оставив свою воду, пошла, чтобы напитать этой водой жизни, этим знанием о Боге, всех своих близких.

Этот разговор Господа с самарянкой говорит нам о том, что такое жизнь с Богом, что такое духовная жизнь. Духовная жизнь – это когда мы соединяемся со Христом, а соединяемся мы со Христом тогда, когда мы думать ни о чем другом не можем, когда мы способны забыть о себе, о земном благополучии, о земных радостях и земных неудачах. Когда человек везде ищет Царствие Небесное, когда без Царствия Небесного он не может ни заснуть, ни проснуться.

А мы все время хотим заменить Царствие Небесное земными образами. Но если мы сумеем захотеть по-настоящему, и у нас случится эта радость, – Христос сделает нас Своим источником.

Подходя к причастию святых Христовых тайн, давайте помнить о том, куда мы идем и с Кем мы встречаемся. Мы идем, чтобы полностью принять его муки и быть готовыми к тому, что когда Господь встретит нас, жизнь станет совсем другой, как стала жизнь у самарянки после этой встречи. У нее не появилось семейного счастья, ничего не поменялось во внешней жизни. Но сыновья ее стали святыми мучениками, и сама она приняла мученическую кончину за Христа. Хорошо это или плохо? В глазах безбожного мира их судьбы очень трагичны, а в глазах Христа они просияли.

Мы тоже должны решить в эти дни главный вопрос нашей жизни: как мы хотим прожить? Чтобы в глазах мира выглядеть благополучно или чтобы в наших глазах просияла истина? Беседа с самарянкой заставляет нас задуматься, что такое духовная жизнь, к чему нас призывает Христос, где источник жизни вечной, который должен нас изменить. Давайте же будем стремиться к тому, чтобы Царствие Христово до конца наполнило каждого из нас и забило живым нескончаемым источником.

протоиерей Алексий Уминский

Войдите все в радость Господа своего

Тот, чьё Благовествование мы читали сегодня, когда ночной мрак пронзил первый луч, воссиявший из Гроба, — апостол Любви Иоанн Богослов, написал однажды своим духовным детям удивительные слова, полные надежды и утешения: В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви (1 Ин. 4, 18). Ему, юнейшему из апостолов, под конец долгой и многотрудной жизни Бог дал узнать то, что и нам, грешным, приоткрывается в пасхальную ночь: Бог есть Любовь, Бог есть Свет и свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин. 1, 5).

Да, недолгое время, да, — по грехам нашим — на короткий срок, и всё же к каждому из нас приходит это удивительное чувство полёта, чувство ликующей радости. То самое чувство, которое заставило некогда косноязычных и дрожащих галилейских рыбаков умиляться от жалости и любви к своим гонителям, к тем, про которых в Деяниях апостольских написано, что, слушая сие, они рвались сердцами своими и скрежетали… зубами (Деян. 7, 54). Именно это чувство заставляло учеников Христовых умиляться и любить ненавидящих!

И нас сегодня, так же, как когда то их, охватывает радостное чувство, что Бог — с нами! И эта простая мысль не пугает, не приводит в ужас, не наполняет, как обычно, скорбными воспоминаниями о бесконечных грехах, разделяющих нашу немощь и Его Святыню. Бог с нами, но мы не трепещем от ужаса, а радуемся! Бог с нами, а мы, в полном соответствии со Словом Иоанна Златоуста, который через тысячелетия сегодня буквально прокричал нам, своим духовным чадам: «Никто пусть не оплакивает грехов своих, потому что прощение воссияло из гроба!», — мы, легко соглашаясь с блаженным Константинопольским Святителем, радуемся и ликуем, забыв про страх! И не печалимся, и не оплакиваем, не унываем и не скорбим, потому что на самом деле «прощение воссияло из гроба»! Потому что воистину воскрес Христос!

Жизнь наша, полная обид и разочарований, жизнь наша, которую В. С. Соловьёв безжалостно определил как «постоянную смену тяжёлого труда и гнетущей скуки, с одной стороны, и исчезающих иллюзий — с другой», — эта жизнь сказочным образом кажется нам сейчас осмысленной и радостной. А вечные спутники нашего скорбного бытия, болезни и несчастья, вдруг представляются такими мелкими и ничтожными и, уж во всяком случае, не стоящими того, чтобы даже вспоминать о них сегодня. И всё потому, что воистину воскрес Христос!

А страхи наши! Наши бесконечные и изматывающие страхи болезней, скорбей и бед, те самые, о которых апостол писал в послании к Коринфянам, что они — везде: в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратиями, в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе (2 Кор. 11, 26-27). Разве мы не могли бы подписаться под каждым этим словом, да ещё и своего прибавить не мало? Но сегодня наши обычные изнуряющие страхи не властны над нами. Сегодня, по слову Иоанна Златоуста, «никто пусть не страшится смерти, потому что освободила нас Спасова смерть»! А если не страшна сама смерть, попранная и побеждённая Распятым, кто и что может устрашить нас?

Как же бояться теперь, когда, как ни старайся, не умрёшь? Как же дрожать от страха, провидя печальные события, когда побеждено самое неумолимое, самое богопротивное, что есть на земле, — сама смерть?! Кого теперь бояться нам, чадам Христовым, когда воистину воскрес Христос?!

Мы с вами, верующие в воскресение Христово, должны были бы быть самыми ликующими, самыми счастливыми людьми на свете! Мы должны были бы стать той самой закваской радости, которая всколыхнула и осчастливила весь мир, наполняя его торжествующими улыбками победителей. И не просто победителей другого народа или другой идеологии, а победителей смерти!

Ангелы благовестили женам-мироносицам потрясающую новость о воскресшем Христе. Дрожащие от страха женщины поведали эту звенящую радостью истину апостолам. Некогда слабые и совсем не книжные галилейские рыбаки понесли Благую Весть о Воскресении по миру, приводя в изумление повидавших виды римских легионеров, на глазах у которых они с улыбкой радости восходили на крест и благословляли убивающих их. Через бесчисленные поколения потрясённых радостью Воскресения христиан эта истина о воскресшем Христе дошла и до нас.

И нам теперь осталось постараться сделать так, чтобы это чувство счастья не оставило нас до конца. Нам осталось постараться, чтобы, когда мы уйдём в Вечность, здесь на Земле эта радость не пресеклась, и новые поколения людей, узнавшие её от нас, говорили друг другу, смеясь и ликуя: «Христос Воскресе!»

протоиерей Сергий Ганьковский 

Вход Господень в Иерусалим

Тропарь

Церковнославянский текст

Русский перевод

Общее воскресение прежде Твоея страсти уверяя, из мертвых воздвигл еси Лазаря, Христе Боже. Темже и мы, яко отроцы победы знамения носяще, Тебе — Победителю смерти вопием: Осанна в вышних, благословен грядый во имя Господне.

Христе Боже! Ты пред Своими страданиями, удостоверяя в общем (всех людей) воскресении мертвых, воскресил еси Лазаря из мертвых, посему и мы, подобно отрокам (еврейским), нося знаки победы над смертию (т.е. ветви), Тебе, Победителю смерти взываем: Осанна в вышних! Благословен идущий во имя Господне!

Кондак

Церковно-славянский текст

Русский перевод

На престоле на небеси, на жребяти на земли носимый, Христе Боже, Ангелов хваление и детей воспевание приял еси зовущих Ти: Благословен еси грядый Адама воззвати.

Ты, Христе Боже, на небеси на престоле (седящий), на земле — едущий на молодом осле, принял хвалу от Ангелов и прославление от детей, взывающих к Тебе: Благословен грядущий воззвать (от вечной смерти) Адама!

 

   Сегодня мы празднуем вход Господень в Иерусалим — одно из самых грустных и одно из самых радостных вместе с тем событий из земной жизни Иисуса Христа. Оно грустное потому, что Иисус Христос входил в Иерусалим с великой славой, Его встречал народ, но входил Он не для того, чтобы там еще больше прославиться, а для того, чтобы отдать Свою жизнь за спасения людей, для того, чтобы пострадать и умереть. Но в то же время это событие радостное, потому что очень многие люди, встречая Его в тот момент, испытывали радость, которая выражалась и в том, что они держали пальмовые ветви, и в том, что они постилали одежды на пути Иисуса, и особенно эта радость была сильна в детях, которые, может быть, не сознавали всего величия происходившего, но которые чувствовали своим духом, своим сердцем, что Иисус Христос приносит им радость. И вот об этой радости сегодня говорит нам апостол Павел в Послании к Филиппийцам. Он говорит: «Братья, радуйтесь всегда в Господе, и еще говорю — радуйтесь». Мы должны вслушаться в эти слова и понять, что христианство с самого начала и до самого конца является религией радости. Это несмотря на то, что именно христианство — религия воплотившегося Бога — вмещает в себя и весь трагизм человеческой жизни. Об этой радости говорится на протяжении всего Евангелия. Когда Христос родился, ангелы явились пастухам и сказали: «Мы благовествуем вам великую радость». И затем, когда Иоанн Креститель проповедовал о Христе, он говорил о себе как о друге Жениха, который радуется радостью Жениха. Господь Иисус Христос в своих притчах неоднократно говорил о пути к Богу как о пути радости.И даже в Своей последней беседе с учениками на Тайной Вечери — мы очень скоро услышим эту беседу — в этой последней беседе, хотя Христос предсказывает ученикам о Своем страдании и о Своей смерти, но Он несколько раз говорит им о радости. Он говорит: «Я хочу, чтобы Моя радость в вас пребывала, и чтобы радость ваша была совершенна». И Он говорит: «Сейчас вы имеете скорбь, но скоро настанет время, когда вы не будете помнить скорби от радости». И, наконец, когда Христос воскрес, и мироносицы со страхом приходили ко гробу Его, не зная, что они там обретут, и они увидели ангела, потом они встретили Самого Христа, и они с радостью побежали и возвестили ученикам. И весь подвиг апостолов, вся их проповедь о воскресшем Христе, она была пронизана той же самой радостью, которой пронизано все Евангелие. И вот такой должна быть и наша христианская жизнь.

В духовной жизни есть много трудов, и от нас требуется подвиг, ежедневный подвиг работы над собой, ежедневный подвиг покаяния, ежедневный подвиг верности Христу. Но весь этот подвиг плодом своим имеет радость. И эта радость является не просто результатом подвига христианской жизни, но она сопутствует этому труду, который мы ежедневно полагаем для нашего спасения. Как преподобный Иоанн Лествичник в свое книге «Лествица» говорит о радости покаяния. Он называет это «радостотворным плачем». И он спрашивает, почему покаяние, которое должно быть сопряжено со скорбью, приносит нам такую радость? Оно приносит ее потому, что эта радость неземная, эта радость, имеющая мало общего с тем весельем, которым веселятся люди в мире сем, когда они придумывают для себя развлечения, а потом радуются, участвуя в этих развлечениях. Но эта радость поверхностная, она скоропреходящая. И когда она уходит, она оставляет в человеке ту же пустоту, которая в нем была до того, как эта радость пришла. А та радость, которую дает Христос, которую дает Господь, она остается в человеке навсегда, потому что это не скоропреходящая земная радость.
Мы вступаем в дни Страстной седмицы, когда вместе со Христом будем переживать скорбь Его последних дней, когда будем шаг за шагом следовать за Христом вплоть до Голгофы, до распятия, до того гроба, в котором Он был погребен. Мы сойдем вместе с Ним душою во ад, куда Он сошел после Своей смерти для того, чтобы вместе с Ним воскреснуть. Но эта скорбь Страстной седмицы — она преложится в радость о воскресении Господнем, и эту радость Господь даст нам ощутить в ночь Святой Пасхи, когда произойдет то самое, о чем говорил Христос, что «жена, когда рождает, терпит скорбь, но когда родит младенца, то уже не помнит скорби от радости». И мы тоже не будем помнить скорби от той радости, которая переполнит наши сердца.

И еще об одном хотелось бы сказать в связи с этой темой. Вся наша жизнь земная состоит из скорбей, который перемежаются с радостью. Как правило, скорбей в жизни человека бывает больше, чем радостей. Скорби — это наш ежедневный крест, а радости приходят иногда. Испытания от Бога приходят постоянно, а утешение приходит лишь в особых случаях. Но надо понимать, что и время этой сегодняшней жизни нашей, время нашей земной жизни — это тоже подготовка к жизни будущей, это тоже те скорби, которые мы терпим здесь для того, чтобы потом «войти в радость господина своего», для того, чтобы потом возрадоваться в Царствии Божием со всеми святыми, где непрестанное ликование, где непрестанная радость о Христе Иисусе. Будем помнить, что и Страстная седмица дана нам для этого, и вся наша жизнь в Церкви дана нам для этого, и весь христианский подвиг, который несем, все это для того, чтобы «войти в радость господина своего», войти в радость Господа.

митрополит Владимир (Сабодан)

Лазарь — друг наш

Сегодня Лазарева суббота. Мы вспоминаем замечательные слова, сказанные Господом о Лазаре: «Лазарос о филос имон» — Лазарь — друг наш (Ин.11,11). У Иисуса были свои, особые отношения со многими из встречавшихся с ним людей. Был любимый ученик — Иоанн, был любимый брат и сподвижник Иаков, был первый из учеников по верности и вере — Петр, был тайный ученик — Никодим, была любящая и любимая Мария Магдалина, но был и Друг. Другом был брат Марфы и Марии — Лазарь. И сегодня — день дружбы, настоящей дружбы. Не любви, не ученичества, но именно дружбы. Крепкой как обсидиан, нерушимой, верной до смерти. Настоящая дружба — такое же редчайшее явление в нашем разрушенном грехом мире, как и любовь, как ученичество, как братство. В некотором смысле дружба выше всех иных чувств, ибо она совершенно бескорыстна. В ученичестве есть жажда знания, в любви — душевное и даже физическое наслаждение от общения с любимым, в дружбе, настоящей бескорыстной дружбе есть только радость от того, что другой для тебя ценней, чем ты сам. Это и есть Друг. Таким другом был для Христа Лазарь — «филос имон». И когда Лазарь умер, Господь пришел вернуть ему эту, временную жизнь, совершить над ним чудо фактического воскресения. А Лазарь принял это чудо. Ради своего Друга он вернулся в эту мрачную земную жизнь из вечности и, как повествует предание, никогда больше не смеялся. После той жизни, эта была мрачна. Но ради Друга он вернулся, что бы все и видящие и слышащие о чуде воскрешения поверили во Христа. Одни поверили — и пошли за Ним, а другие, поверив, возжелали убить и Его, и Лазаря и убили Христа вскоре, а Лазарь уцелел и благовествовал о своем божественном Друге тридцать еще лет.

Великое дело — настоящая дружба! И, в пример Лазарю, Господь благоволил всех нас назвать друзьями Своими — «вы — друзья Мои». Мы для Него ценней, чем Сам Он для Себя. Потому и умер Он за нас. И нас призвал ценить Его более себя — «отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мной». В этом — тайна нашей победы над смертью и небытием, в этом — залог нашей с Господом взаимной дружбы. Подобно Лазарю, соглашаясь на Его зов «Лазаре, девро ексо!» — Лазарь, выходи! — и мы выходим вновь, приняв крещение и веру, в этот злобный мир, полный ненависти и взаимного соперничества, в мир, где так редка дружба, выходим, чтобы утверждать в мире нашего Друга. И мы знаем крепко, что как принял Он Лазаря через десятилетия служения в Свои объятия уже навечно, так примет и нас, если мы пребудем друзьями Его до конца. Он же нам не изменит. Это -точно, ибо Он есть не только Путь, и Истина, и Жизнь — Он есть и Дружба, истинная Дружба, которой нет конца ни во времени, ни в силе, ни в этом веке, ни в будущем. — «Вы — друзи Мои есте…» (Ин 15,14).

Лазарева суббота — особый день для меня. В этот день в 1978 г. (в тот год он пришелся на 22 апреля) я принял Святое Крещение в храме Рождества Иоанна Предтечи на Пресне в Москве. Меня крестил священник Георгий Бреев, восприемником стал тогда молодой диакон Валентин Асмус, а привел меня к купели мой Друг Всеволод Семенцов, смиренно не решившийся сам стать крестным и попросивший быть им своего друга — о.Валентина. Меня крестили в пустом храме, тайно, без регистрации. Мы с Севой приехали с овощной базы, где трудились на ленинском субботнике. Я был натощак — перед смертью и воскресением есть не мог. Когда все на субботнике стали готовиться к традиционной выпивке под капусту и огурчики, мы тихо исчезли.

Помню, что когда я вышел из Храма после совершения таинства — мир стал для меня другим. Все люди сияли неземной красотой и во всех я видел тайну — они знают тот смысл, который только что открылся мне. Знают, только об этом не принято говорить. О таком молчат. — Постепенно, за несколько дней — вернулся я в привычное состояние ума, и мир тайны закрылся. Но я помню тот дар. Первый дар вновь обретенного мною Друга.

А как вещественная память осталась большая, зачитанная до полной растрепанности зеленая синодальная Библия (редкий дар в то время!) с надписью рукой Севы: «Дорогому Андрею на вечную память Георгий, Валентин, Всеволод. 22 апреля 1978 г.» Писать тогда тоже надо было с осторожностью…

А.Б. Зубов

МЫСЛИ О ГЛАВНОМ
  • Можете ли вы пить воду и быть счастливыми? Чтобы делать это, необходимо иметь в себе другой, более высокий источник счастья, чтобы тебя не одолели другие суррогаты, эмоции внешнего мира. Радость — это то, что живёт внутри тебя. А затем ты радуешься и самым простым вещам. архимандрит Андрей (Конанос)
ПОМОЧЬ СТРОИТЕЛЬСТВУ ХРАМА
Храм Сретения Господня © 2012 - 2018 . Все права защищены.