Mottisfont_Abbey_Garden.jpg
ЦЕРКОВНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
СРЕТЕНСКИЙ ЛИСТОК
listok
ПРАВОСЛАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

Архив автора

Слова Праздника

гора Фавор

Тропарь

Преобразился еси на горе, Христе Боже, показавый учеником Твоим славу Твою, якоже можаху. Да воссияет и нам грешным свет Твой присносущный, молитвами Богородицы, Светодавче, слава Тебе.
 Изменив свой вид на горе, Христе Боже, Ты показал Своим ученикам славу Твою, насколько они могли выдержать. Пусть, молитвами Богородицы, и нам грешным воссияет Твой вечный свет! Податель света, слава Тебе.

Кондак

На горе преобразился еси, и якоже вмещаху ученицы Твои, славу Твою, Христе Боже, видеша: да егда Тя узрят распинаема, страдание бо уразумеют вольное, мирови же проповедят, яко Ты еси воистину Отчее сияние.
 Господи, Ты преобразился на горе и Твои Ученики, насколько могли, видели Твою славу, чтобы они поняли, когда увидят Тебя распинаемым, что Ты страдаешь добровольно, и чтобы они проповедовали миру, что Ты воистину есть Отцовское сияние.

Беседа на Преображение

Почему Господь нашел нужным преобразиться перед Своими учениками и явиться им в этом блистании лучезарного света, осиявшего Его как отражение небесной славы? Какая цель преображения?

Кондак праздника, поемый Православною Церковью, отвечает на этот вопрос.

«На горе преобразился еси, и якоже вмещаху ученицы Твои, славу Твою, Христе Боже, видеша; да егда Тя узрят распинаема страдание убо уразумеют вольное, мирови же проповедят, яко Ты еси воистинну Отчее сияние».

Наступали тяжелые дни, полные горя и муки неизъяснимой, – дни крестных страданий и смерти Господа. Слабая вера Его учеников должна была пережить страшное потрясение: им предстояло увидеть любимого Учителя, их гордость и надежду, их Великого Пророка, которого они искренно признавали могущественным Мессией, на Кресте, окровавленного, израненного, распятого как злодея, окруженного позором и насмешками. Устоит ли их вера? Сумеют ли они сохранить преданность своему Равви? По-прежнему ли будут они признавать в этом опозоренном человеке, доведенном до последней степени страдания и тоски, того Мессию, которого они ожидали видеть в ореоле славы и земного блеска? Не отвернутся ли они от Него с грустью и болью за то, что Он обманул их надежды и мечты?

Это было возможно.

И вот для того, чтобы укрепить их веру в Мессию-победителя, чтобы поддержать их в минуты надвигающихся испытаний, надо было показать им хотя бы слабый отблеск будущей славы, ожидающей их Учителя, не той славы, которая составляет украшение земных царствований, славы позолоченных регалий и мишурного великолепия, но нетленной славы Царства Божия с его немеркнущей, вечной красотой святости и духовного величия. Пережив незабываемые минуты Преображения, они увереннее могли смотреть на ужас и позор распятия и, чувствуя в душе копошащиеся лукавые сомнения, легко могли подавить их воспоминанием о лучезарном Фаворском свете.

Вера в Учителя, в Его силу и в Его грядущую победу должна была остаться непоколебимой, несмотря на распятие и крестную смерть.

Кроме того, после Преображения ученики могли со всею решительностью засвидетельствовать перед всем миром, что их Учитель есть «Сын Божий возлюбленный», «Свет от Света», «сияние славы и образ ипостаси Отца Небесного» (Евр.1:3), что Он есть воистину Отчее сияние в сумерках земной, омраченной грехом жизни, ибо они слышали об этом свидетельство неба.

Наконец, Преображение открывало перед учениками уголок будущего Царства Божия, той славы и того блаженства, которое ожидает всех истинных последователей Господа. Если Он будет в славе, то и верные ученики Его будут также наслаждаться этой славой, ибо «где Я, – обещал Он, – там и слуга Мой будет. И кто Мне служит, того почтит Отец Мой» (Ин.12:26). Смертному трудно представить и ощутить это блаженство, ибо «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1Кор.2:9), но в момент Преображения, по крайней мере три избранных ученика Спасителя, несомненно почувствовали, хотя не в полной степени, блаженство будущей жизни, ощущение небесного мира и веяние благодати Божией, наполнившие их сердца невыразимым счастьем и радостью. Недаром порывистый Петр, скорее всех отзывавшийся на впечатления, засвидетельствовал немедленно об этой радости: «Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии».

Испытав хотя бы однажды это блаженство, ученики, конечно, никогда впоследствии не забывали, не могли забыть этих минут и в воспоминаниях о них и предвкушении счастья небесной жизни находили, конечно, опору для убеждения в правильности избранного ими пути и могучее побуждение ревностно и неуклонно исполнять в жизни заветы Господа, оставаясь верными Его последователями, чтобы войти «в радость господина» своего (Мф.25:21).

Но такое же значение имеет Преображение Господне и в нашей жизни. Ученики Господа испытали непосредственно блаженство этого момента; мы, доверяя их свидетельству, убеждаемся в несомненной действительности того счастья, которое является следствием и наградой жизни во Христе. Преображение и для нас – залог и свидетельство будущего небесного блаженства, его отблеск, сверкнувший, как зарница, среди горя, уныния и тоски нашей жизни. Оно явило нам образ того, каким будет возрожденный, просветленный человек, когда он достигнет высоты совершенства и отразит в себе сияние славы Отчей. Без Фаворского откровения мы никогда не имели бы понятия о том просветленном состоянии праведников, которое может быть достигнуто и проявиться внешним образом до известной степени даже здесь на земле, но которое во всей полноте раскроется в будущем, когда «праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их» (Мф.13:43).

Этот образ будущего состояния и явил нам Господь на Фаворе, когда «просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет» (Мф.17:2).

Эта мысль о счастье как результате праведной жизни, приводящей к единению с Богом, должна быть особенно дорога и ценна для человека. Все люди без исключения стремятся к счастью, хотя различно его понимают, судорожно мечутся из стороны в сторону в тщетных поисках и в конце концов с отчаянием убеждаются в том, что они гоняются за призраками и все-таки не знают, где ключи их счастья.

Как древний витязь на распутье, человек всегда в недоумении стоит перед вечным вопросом: где дорога к счастью?

Преображение отвечает на этот вопрос.

Как бы ни спорили о возможности факта Преображения и о природе Фаворского света, несомненно одно: луч высшего счастья озарил в эту минуту сердца учеников Господа, и причина этого заключалась в созерцании Божественной славы.

Если одно созерцание этой славы наполнило учеников блаженством, то каково должно быть счастье человека, достигшего тесного и приискреннего единения с Богом в такой степени, что Господь обитает в нем, пронизывая все его существо лучами Своей немеркнущей славы, которая как бы струится из освященного и просветленного Его присутствием человека!

В этом и состоит высшее счастье: в единении с Богом, делающем человека причастником Божественной славы.

В этом же заключается и разрешение проблемы общего счастья. Ведь счастье чувствуется каждым человеком лично, в своем собственном сердце. Счастье всегда индивидуально. Общество не имеет какого-либо особого органа, какого-нибудь коллективного сердца, способного переживать какое-то особенное, специфически общественное состояние счастья. Поэтому проблема общественного счастья не может быть поставлена так, как ее часто ошибочно ставят: осчастливьте общество, и каждый член его будет счастлив. Опытов осуществления этой программы в такой постановке было много, и все они были неудачны. Здесь необходимо сделать совершенно обратную перестановку: если каждый в отдельности член общества счастлив, то и общественная жизнь счастлива. Общее счастье, как коралловый остров из полипов, вырастает из слагаемых индивидуального счастья. Счастливое общество есть сумма счастливых людей.

Но в чем состоит личное переживание счастья, мы уже знаем теперь из евангельской повести о Преображении. Через этот же этап проходит и дорога к общему счастью, ключ к которому все тот же: единение с Богом.

Вывод для нас драгоценный, особенно в настоящее безрадостное, темное время, когда, по-видимому, ни один луч счастья – ни личного, ни общественного – не блестит среди мрачных, сгустившихся туч ненависти и уныния.

Но для того, чтобы достигнуть блаженства единения с Богом, необходимо каждому из нас духовно переродиться, преобразиться, ибо «Бог свет есть, и тьмы в Нем несть ни единыя» (1Ин.1:5), у света же не может быть общения со тьмой, и наша мрачная душа в ее настоящем виде Бога воспринять не может.

Для общего счастья, таким образом, необходимо личное возрождение, личное преображение. Чтобы изменить, улучшить жизнь, необходимо преобразиться нам самим.

На жизнь теперь жалуются очень часто и очень многие. Довольных почти нет. Но всегда в ответ на эти жалобы и вздохи просится невольный вопрос: «А что вы сделали, чтобы улучшить жизнь?» Уныние, жалобы и полная бездеятельность делу не помогут. Мы все ждем готового счастья: кто-то придет, кто-то все наладит, кто-то устроит нашу жизнь. Нам предстоит только принять эти заботы и наслаждаться создавшимся помимо нас благополучием. Надо понять, что такое отношение к жизни в корне ошибочно. Кто бы ни взялся за устройство нашей жизни и как бы талантливо он это ни делал, мы непременно испортим всякую жизнь, если не переменимся сами и не будем работать над своим духовным совершенствованием. Из плохого материала всегда получится плохая постройка. Поэтому на каждом из нас лежит обязанность развить и улучшить свою духовную природу, и этой работе над собой не могут помешать никакие внешние условия существования.

Духовное преображение необходимо для каждого из нас как обязательное условие личного и общественного счастья.

Что же для этого нужно?

Прежде всего необходимо отдаться Богу вполне. Это первый момент.

Необходимо найти в себе силу и желание прийти к Богу и сказать: «Господи! Вот я весь пред Тобою! Я хочу быть Твоим! Мои мысли, мои таланты, мои силы – все, все должно принадлежать только Тебе! Всего себя целиком, без остатка я отдаю и посвящаю Тебе на служение! Для себя я не оставляю ничего… Тебя любить, Тебе служить, Тобою, для Тебя и в Тебе жить – вот все, что мне надо и о чем я молю Тебя!»

Это не значит, конечно, что вы тотчас же сумеете осуществить в своей жизни этот святой порыв, эту мольбу: борьба предстоит длинная и упорная, но надо искренне принять это величайшее решение жизни и обречь себя бесповоротно на новую жизнь, жизнь послушания и служения Богу, как бы ни велики были предстоящие трудности.

Наша беда состоит в косности, в духовной неподвижности.

Мы слишком сроднились с известными условиями жизни. Образовались определенные привычки не только внешнего поведения, но и отношения к жизни, все мировоззрение, настроение, вкусы – все отлилось в определенные формы, приноровленные к существовавшей жизненной обстановке. Все было так прилажено, так ловко пригнано к окружающей среде, все было на своем месте и чувствовалось так уютно и спокойно! В душе не было сомнений, и по гладкой поверхности обывательской психологии не пробегало ни малейшей тревожной ряби беспокойства мысли. И вот все это надо изменить и изменить коренным образом! Конечно, это трудно.

Чтобы разбить старые, укоренившиеся привычки, нужна решимость и духовная энергия. Но этого-то и не хватает.

Нам необходимо внести в жизнь струю евангельского миропонимания и христианской морали. Только апостольский подвиг искренних христиан, составляющих соль земли, может остановить процесс гниения жизни.

Необходимо вспомнить ту удивительную, радостную и волнующую жизнь первых веков христианства, представлявшую непрерывный подвиг глубокой веры, бескорыстной любви и беззаветного служения людям, и на этих принципах далекого, но великого прошлого строить свою личную и общественную жизнь.

Два главных препятствия стоят, обыкновенно, на этом пути обновления жизни. Первое – наш эгоизм, который препятствует нам отдаться целиком Богу. Этим объясняется наша нерешительность и незаконченность добрых порывов. Мы часто готовы бываем отдать Богу многое, но всегда в душе остается заповедный уголок, где царит наше «я» и который мы бережем для себя. Расстаться с этим уголком, допустить в него кого-нибудь и отдать заветный ключ от него мы долго не решаемся, и в этом кроется большая опасность, ибо эгоизм, не сломанный совершенно и укрывшийся хотя бы в одном закоулке души, рано или поздно разрастается опять, как бурьян, и заглушает добрые всходы. «Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» (Иак.1:8). Нельзя одновременно служить двум господам – себе и Богу, ибо в жизни человека может быть только один центр, и балансировать на скользком рубеже, разделяющем эгоизм и самоотречение, самолюбие и служение Богу, в течение долгого времени совершенно невозможно. Если человек не сделает над собой усилия, чтобы окончательно и бесповоротно склониться на сторону добра и самоотречения, он рано или поздно обязательно свалится в бездну греха и служения своему эгоизму. Это мы уже знаем.

Другое препятствие на пути возрождения ставят наши косность и лень, постоянно нашептывающие нам лукавую мысль: «Зачем менять свои привычки, вкусы, взгляды, все направление жизни? Это так трудно и требует усилий почти невероятных. И к чему? Разве нельзя без этого обойтись? Ведь жили же раньше хорошо, спокойно, благополучно, и ничего не требовалось… Никаких усилий, никаких перемен внутренней жизни. Быть может, и теперь обойдемся без этого. Увы! Жизнь в послушании Богу и Его заповедям, жизнь, полная внутренней борьбы, нравственных усилий воли и духовной работы над собой, требовалась всегда, и если мы этой жизни не вели и все-таки не испытывали над собой грозы гнева Божия, то это был лишь акт Божественного долготерпения, готового миловать самых закоренелых грешников в ожидании их исправления. Но и долготерпение Божие имеет пределы и сменяется гневом Божиим, если люди упорно не хотят расстаться с грешной жизнью.

Третьим обычным препятствием для перемены прежнего пути жизни является боязнь, что в случае обращения к Богу от нас потребуется слишком много, и непосильная тяжесть ляжет на наши плечи: придется отказаться от всех радостей жизни и взять на себя тяжелый ярем испытаний и аскетических подвигов. Частые посты, долгие молитвы, бесконечные поклоны, коленопреклонения, суровая простота одежды и т.д. – так обычно представляется истинно христианская жизнь пугливому воображению, воспитанному в разнузданности и постоянной привычке угождать своим страстям.

Страх неоснователен. В нем кроется оскорбительное недоверие к Богу.

Это страх от лукавого, который подобными мыслями старается удержать человека от обращения к Богу. В действительности христианская жизнь вовсе не есть жизнь беспросветного, мрачного аскетизма и непосильного подвига. Господь, призирающий на немощи наши, ведет каждого из новообращенных с такой премудрой постепенностью, с такой нежной заботливостью и любовью, особенно на первых порах, что трудность нового пути почти не замечается. Сначала человек встречает и испытывает гораздо больше радости и счастья, чем огорчений от неудач и утомления от трудов. Он летит, как говорят святые отцы, на крыльях благодати. Испытания и трудности обычно начинаются позднее и увеличиваются по мере того, как вырастают наши нравственные, духовные силы, никогда, впрочем, не превышая меры нашего терпения и нашей ревности. Аскетическая дисциплина христианской жизни точно так же никогда не требует от человека сверхсильных подвигов, и опытные старцы руководители на первых порах стараются, наоборот, умерить жажду подвига и горячую ревность пылких неофитов, намеренно делая для них ярем нового пути как можно легче.

Но преодолев все названные препятствия и твердо решившись вступить на новый путь, мы сейчас же встречаемся с вопросом о том, как наиболее целесообразно вести борьбу с ветхим человеком, с пороками и страстями, говоря иначе – перед нами встает вопрос о методе и способах возрождения.

Существует довольно широко распространенное мнение, что бороться со всеми страстями разом невозможно, что врагов лучше бить по частям, то есть вытравлять из души греховные склонности и привычки одну за другой, как выпалывают сорную траву в поле, так, чтобы в каждый момент борьба велась только с одной преобладающей страстью. Но беда в том, что жизнь человека коротка, а имя греху – легион, и человек, несомненно, успеет умереть раньше, чем справится с последней страстью. Не следует забывать, что застарелые пороки искореняются очень медленно и с большим трудом. Кроме того, по выражению одного духовного писателя, виды греха, оттесненные в одном месте, скопляются и прорываются в другом, то есть греховная энергия побежденной страсти иногда непонятным образом превращается в новую страсть или же идет на усиление прежних, сравнительно более слабых пороков. Наконец, борьба не может вестись одними только отрицательными способами. У дерева с подгнившими корнями бесполезно обрывать пожелтевшие сухие листья и ожидать от этого оздоровления. Надо лечить корень.

Первое условие для этого – менее всего рассчитывать на свои усилия и на свою деятельность. Человек, воображающий, что он собственными силами может победить грех и возродиться, подобен утопающему, который сам себя пытается вытащить из воды за волосы. Ясно, что в этом случае успех невозможен. Чтобы вырваться из трясины порока, нужна точка опоры, и этой опорой может быть только Бог!

Здесь требуется не одно только молитвенное, обращение к Богу с просьбой о помощи.

Апостол Павел такими словами изображает самую сущность процесса возрождения: «Мы же все открытым лицем, как в зеркале, взирая на славу Господню, преображаемся в тот же образ от славы в славу, как от Господня Духа» (2Кор.3:18).

Что это значит? Как можно преобразиться в образ Божественной славы Господа Иисуса Христа?

На языке Священного Писания выражение «слава Господня» обыкновенно означает «Божественные свойства». «Небо и земля исполнены славы Твоея», то есть небо и земля отражают свойства Божии: величие, премудрость, всемогущество и т. д. Преображаться в образ Господень от славы в славу – значит поэтому постепенно проникаться Божественными качествами и воплощать их в себе, насколько это возможно для слабой и грешной души человека.

Человеческая душа представляет собой чудесное зеркало, которое не только отражает предметы внешнего мира, но и фотографирует их, то есть задерживает в себе.

Обстановка жизни, ее внешние события всегда кладут свой отпечаток на душу. Вот почему по этим следам-отпечаткам нередко можно угадать прошлое человека или определить ту обстановку, в которой происходило его воспитание. Содержание души обыкновенно в большей своей части есть не что иное, как ряд пережитых впечатлений и образов, полученных извне. Зная этот закон, можно воспитывать человека и влиять на его душу путем определенного подбора тех образов и впечатлений, которые предстоит ему пережить и воспринять. На этом и основывается наука воспитания.

Если вы мечтаете о духовном возрождении, взирайте на славу Господню и преображайтесь в тот же образ от славы в славу, то есть имейте всегда перед своим умственным взором образ Господа, чаще бывайте в общении с Ним в молитве, в мыслях, в чувствах, в доброделании, и влияние этого дивного образа не замедлит отразиться в душе вашей. Вы будете воспринимать Его качества, вы будете похожи на Него в силу закона психологического влияния. Нравственно сильная личность всегда подчиняет себе более слабую душу и отражается в ней через подражание. Недаром ученики и апостолы Господа так выделялись среди окружавшей толпы, ибо влияние Спасителя накладывало на них особый отпечаток. Учеников Христа узнавали сразу.

«Они были с Ним», – говорили о них, ибо печать близости и общения с Господом была на них.

Правда, нет теперь Воплощенного Господа на земле, но то, что влияет на человека в Его образе, – духовно и потому вечно. Тысячи верных поклонников Господа испытали это влияние, перерождаясь в тот же образ. Если мы стремимся к возрождению, мы должны поставить себя на пути влияния личности Господа Иисуса Христа.

Когда астроном хочет сфотографировать какую-нибудь звезду, он наводит на нее свой телескоп и ставит часовой механизм, приводящий его в движение, так,чтобы аппарат двигался вслед за звездою, отражая ее все время в одной и той же точке фокуса. Звезда фотографируется сама собою.

Так и в нашей жизни: не сводите духовных очей с Господа, ищите постоянного единения с Ним в молитве, чтении Евангелия, в размышлениях, в приобщении Святых Тайн, и «изобразится в вас Христос!» (Гал.4:19).

Непосредственная близость Господа и общение с Ним – вот единственная и главная основа для возрождения человека.

Умерла однажды девушка, поражавшая всех, кто ее знал, необычайной красотой и чистотой своей души. На ее груди нашли медальон и в нем начертанные слова: «Люблю Того, Кого никогда не видала». Она преобразилась в образ Того, Кого любила. Итак, будем чаще с Господом. Пусть Он будет постоянным спутником нашей жизни. Его образ отразится в нашей душе и переродит ее. Возродимся мы – возродится и наша жизнь, проникнувшись духом Его Божественной святости, ибо океан жизни составляется из капель отдельных личностей.

Это – единственный способ преобразовать жизнь, ибо жизнь не есть что-либо внешнее, отдельное от нас.

Это – мы сами.

епископ Василий Кинешемский

14 серпня — свято животворчої сили Хреста

14_08_2018
В цей день ми традиційно згадуємо, на що Господь пішов заради нас і що ми можемо зробити заради нього, на прикладі мучеників Маккавеїв. Під час проповідей отці наголошували на тому, що шлях особистого подвигу не потребує обов’язкового мучеництва. Найважчі кроки духовного подвигу робляться у повсякденному житті, коли ми вчимося пріоритетам, коли віддаємо власний час або Богові, або буденному. Їхні слова підтверджувала велика кількість присутніх, що прийшли зустріти свято навіть у робочий день.

Неделя 11-я по Пятидесятнице

В сегодняшней притче мы слышали о том, как некий царь решил спросить долг у своего должника. Долг в десять тысяч талантов.

Десять тысяч талантов золота, если переводить в вес, это несколько сот тонн золота. Но на самом деле это не говорит о величине этой суммы. Вспомним, что в период расцвета Израильского царства во время царя Соломона налогов поступало в казну всего 666 талантов. То есть 10 тысяч талантов это 15-ти летний бюджет Израильского царства. С чем сравнить эту цифру сейчас? Не с миллиардом долларов, не с десятью миллионами, не с десятью миллиардами, а наверное, с несколькими триллионами долларов США. То есть сумма невероятна, которую невозможно заработать, невозможно и её отдать.

Господь в этой притче показывает нам, что человек безмерно должен Ему, должен саму жизнь, само существование, само бытие за то, что Господь постоянно помогает нам в нашей жизни, сохраняет нас, питает нас силой, разумением, а главное, дарует нам возможность спасения. Господь совершает для этого человека чудо — прощает ему весь долг. Что же делает этот человек? Он идет, находит своего должника, который должен ему не в пример меньше — всего лишь сто динариев, и влечет его в темницу.

Это образ мышления плотского человека. Максимум на что падшее человечество на нравственном уровне дошло, это до возвеличивания принципа справедливости, того принципа, который можно проиллюстрировать словами «око за око, зуб за зуб» (Исх. 21, 24). Этот иудей, а притча была обращена к иудеям, безусловно поступил по закону. Он имел право требовать возмещения долга, имел право совлечь своего должника в темницу. Но Господь показывает нам, что этот принцип, который главенствует в нашем мире, он исключает принцип Царства Небесного. А принцип Царства Небесного — прощайте долги должником вашим, прощайте грехи, и Отец ваш Небесный отпустит вам грехи ваши.

Мы говорим, что государство цивилизованное тогда, когда в нем главенствует закон. На самом деле это та же самая реализация принципа «око за око, зуб за зуб»(Исх. 21, 24). Государство через свои институты обещает человеку, даже бедному, даже безвестному защиту от богатого и сильного. Обещает, что воздаст ему по заслугам его еще в этой жизни. И человек современный, как и древний человек, пропитан этой мыслью о воздаянии. О воздаянии за добро добром и злом за зло. В сердце падшего человека в ответ на оскорбление и обиду неминуемо рождается негодование. Он желает воздать злом за зло. Это естественная реакция человека, пораженного грехом. Человек даже если его обидчик сильнее его или их разделяет расстояние или время или другие обстоятельства, если он не воздал обидчику злом, то зло все равно притаилось в его сердце. И он однажды ужалит другого человека, а тот ужалит третьего и так далее.

Зло распространяется как вирус, передаваясь от одного оскорбленного к другому, умножая себя и не имея никаких препятствий для своего распространения. Но Господь в этой притче говорит о принципе, который выше принципа справедливости — о принципе прощения обид, о принципе безоговорочного милосердия, когда в ответ на свое прощение мы не ждем никаких услуг. Мы не ждем никакого воздаяния. В этой притче помилованный при всем своем желании, при всей своей благодарности никак не может воздать Богу за помилование. Слишком велика сумма. Никакими услугами, никакими дарами он не способен покрыть совершенное Богом чудо, чудо Божьего милосердия.

Вот этот принцип — принцип Царствия Небесного, Господь огласил и сделал известным для всех нас. Если в Ветхом Завете это принцип не был законом. Одни люди были милосердны, могли прощать грехи, то в Новом Завете, в наше время, мы все призваны к тому, чтобы прощать ближнему его согрешения, его долги. Мы часто боимся это делать по причине того, что мы думаем или нам кажется, что если мы начнем прощать обиды, если мы начнем прощать ближнему грех в отношении нас, то зло, которое он причинил нас заживо съедят и мы окажемся в этом мире слабыми, окажемся мальчиками для битья. По этой причине мы стараемся защищаться, защищать свои права. Тем более этому учит нас пропаганда, которая сейчас в мире, о том, что мы должны отстаивать свои права, отстаивать свое человеческое достоинство.

Но этот принцип, надо помнить, он не христианский. Христианский принцип заключается в прощении врага своего, в том, что мы должны творить добро ненавидящим нас, любить врагов наших. Христиане призваны именно к тому, чтобы быть «не от мира сего». Как Господь сказал о Себе: «Мое Царство не от мира сего». И принципы и правила Царства Небесного они не от мира сего. Они соединяют нас не с этим миром, а именно с Царствием Божьим, которое, Господь сказал, «внутри вас есть». Человек, который незлобив, который прощает ближним и врагам своим, уничтожает это зло, которое образуется в его душе по причине оскорбления или обиды, причиненной ему. И наступает прерывание вот этой цепочки передачи зла от человека к человеку. Как христианин, который истинно прощает окружающим его обиды, он становится тем участком, той частичкой пути, который прерывается на нем. Он не передает зло дальше.

Посмотрим на самих себя. Мы часто общаемся с другими, словно запершись в броню, в какую-то крепость, боясь сказать что-то лишнее, боясь другого оскорбить, обидеть, потому что ожидаем от него такой же реакции. Это показывает, что мы в постоянном напряжении. Поэтому не случайно рядом со святыми очень многие приходили к вере. Рядом со святыми человек чувствует легкость, светлость, чувствует, как благодать касается его сердца. И напротив, зло, затаенное в душе, желание мести оно как бы под спудом хранится в нашем сердце и отравляет все наше существование.

В Киево-Печерской Лавре жили два монаха, которые однажды поссорились и враждовали долгое время. И вот один из них оказался на смертном одре и передал через братий-монахов попросить у другого брата прощения. Тот отказался простить его. Когда братия привела того монаха к одру умирающего, и тот испрашивал прощения у своего брата. Тот ответил: не примирюсь с тобой ни в этом веке, ни в будущем. Как только он это сказал, то упал и умер здесь же у ног своего брата.

И вот, сегодня, разбирая эту притчу, мы должны все с вами понять одну простую вещь, которая обращена к каждому из нас. Она не как некая недосягаемая вершина, на которую можно взирать, но никогда не дерзнем добраться до нее. Она для нашей практической жизни очень важна, чтобы мы сроднялись с ней. Многие святые подвижники, святые отцы особенно последних времен говорили, что ничто так не очищает душу, как клевета, напраслины, обиды, которые человек благодарно и незлобиво терпит. Никакие поклоны, даже молитвы не идут в сравнение с этими скорбями, которые человек терпит.

Поэтому призываю вас всех к тому, чтобы в первую очередь помнить о не осуждении, помнить о том, что прощение ближнего это не только благо для него, а для нас самих. Оно соединяет нас с Богом, с ангелами и со святыми. Спаси всех Господь.

optina.ru

Апостольское чтение этого дня

Печать моего апостольства — это вы сами, ваша жизнь с Господом. Вот что я говорю в свою защиту тем, кто меня допрашивает. Разве у нас нет права есть и пить? Разве нет права жениться и возить с собой жену из наших сестер, как остальные апостолы, как братья Господа или Кифа? Или это только у нас с Варнавой нет права не работать?
А какой наемник воюет на собственные деньги? Какой земледелец, посадив виноградник, не ест своего винограда? Какой пастух не пьет молока от собственного стада? Но это не только примеры из обыденной жизни, о том же говорит и Закон. Ведь в Законе Моисея написано: «Не надевай намордника молотящему волу». Разве о волах заботится Бог? Не для нас ли Он это говорит? Это же для нас написано: «Пахарь пашет и молотильщик молотит в надежде на свою долю урожая».

И если мы, посеяв среди вас семена Духа, будем рассчитывать и на материальную долю урожая, неужели мы требуем слишком многого? И раз другие пользуются правом на вашу помощь, то у нас куда больше прав! И всё же мы никогда не пользовались этим правом, наоборот, мы миримся со всем, чтобы ничем не помешать Радостной Вести о Христе.

(1 Кор. 9, 2-12)

Прочитанный отрывок из Первого послания к Коринфянам рассматривает важную для апостола Павла тему соотношения свободы и ответственности. «К свободе призваны вы, братия, — писал он в другом своём послании, — только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу» (Гал. 5:13). Да, любовь только тогда бывает любовью истинной, когда она — жертвенная. Тем более это относится к любви во Христе. И Апостол на примере собственного поведения показывает, каким образом жертвенное самоограничение в любви не только не противоречит христианской свободе, но, напротив, её утверждает в Духе Святом.
Конкретно речь у него идёт о его отказе от содержания Церковью. Как ни странно нам сегодня это покажется, такой отказ от содержания был смущающим моментом в отношениях апостола Павла и Церкви. Дело в том, что уже с первых шагов своей миссионерской деятельности ему пришлось столкнуться с тем, что его апостольский авторитет иногда подвергался сомнению. При этом указывали на то, что он не был свидетелем ни Воскресения, ни Вознесения Иисуса Христа, как другие апостолы.

Косвенно против его апостольства как бы говорил и его отказ от содержания: в глубине, мол, его совесть нечиста, если он не пользуется своим апостольским правом. Критики не останавливались и перед личными обвинениями, заочно устраивая над ним суд. И вот перед этим «судом» Апостол как бы произносит речь в свою защиту. Эта речь, апология, и составляет содержание прочитанного отрывка.
Разумеется, апостол Павел всегда настаивал на своём апостольстве, основанием которого он считал то явление ему Воскресшего Господа на пути в Дамаск, которое сделало из гонителя Христа Савла великого «апостола язычников» Павла. Но не только это. Он доказывает своё апостольское достоинство тем, что его миссионерский труд был плодотворным.

Сами Коринфяне тому доказательство. Ведь основание их Церкви — его дело: он понимает себя как её духовного отца, а само существование Коринфской церкви в Господе — как подтверждающую печать, всем видимый знак его законного апостольства.

Все апостолы, проповедники Евангелия, согласно указаниям Самого Иисуса Христа, имели право на скромное содержание от Церкви. Апостол Павел об этом пишет довольно подробно, и мы из его слов узнаём некоторые подробности из истории миссии раннего христианства. Так, например, мы узнаём, что апостолы имели право не работать своими руками ради заработка на жизнь. «Разве мы не имеем права есть и пить?», риторически спрашивает Апостол. Св. Иоанн Златоуст комментирует: «Неужели он не ел, не пил? Действительно, часто не ел, не пил. Ведь он сам говорит: Были часто в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе (2 Кор. 11:27). Но здесь он разумеет не то, а что? — Мы не едим и не пьём за счёт учеников, хотя и имеем право брать от них».

Мы узнаём также, что апостолы имели право брать с собою в нелёгкий и долгий путь свою христианку-жену, или, как выразился Павел, «сестру жену». Ведь некоторые миссионеры были женаты, как, например, апостол Пётр. И их жёны тоже находились на содержании церквей. Так было принято. Наряду с Кифой-Петром упоминаются и «братья Господа», то есть близкие родственники Иисуса Христа, которые в ранней Церкви играли ведущую роль.

Однако, принятое большинством современных толковников мнение, будто речь идёт о супругах апостолов, разделялось далеко не всеми. Некоторые отцы Древней Церкви полагали, что слова «сестра жена» обозначают не супругу, а просто женщину из верующих. «Как за Господом следовали верные жёны, снабжавшие учеников необходимою пищею, так и за некоторыми апостолами следовали жёны, которые показывали в себе горячую веру, привязаны были к их учению, и содействовали божественной проповеди» (блаж. Феодорит).

Что ж? Миссионерская работа — такая же работа, как и всякая другая. За труд положена плата. Это апостол Павел образно показывает на нескольких житейских примерах, добавляя к ним свидетельство из Священного Писания — о воле, которому, когда он молотит собранное зерно, не следует зажимать намордником рот, то есть ему следует дать поесть зерна. В Писании (Втор. 25:4) это выражение простой и практичной заботы о животных. Но Апостол толкует это место принятым тогда способом, применяя его к миссионерам: они не менее «волов» и прочих работающих имеют право получать плату за свой труд.

Апостол Павел основал Церковь в Коринфе, посеял в ней духовное, то есть, образно говоря, принёс им Евангелие о спасении во Христе и тем самым заронил в души людей семена Святого Духа. Так не имеет ли он полное право, по меньшей мере, пожать земное, то есть получить за свой труд скромную материальную поддержку? Коринфяне, конечно, поддерживали других миссионеров. Однако апостол Павел не хотел пользоваться своим правом и не хочет им пользоваться в дальнейшем, хотя определённые лица в Церкви и ставили ему в упрёк этот отказ.
С их точки зрения заниматься ручным трудом ради заработка для истинного апостола было недостойным занятием. Сейчас нам такое мнение кажется странным, ибо мы воспитаны на словах: «Кто не работает, тот не ест!». Но не забудем, что эти слова были впервые произнесены апостолом Павлом (2 Сол. 3:10), и казались отнюдь не чем-то само собой разумеющимся. Они, во-первых, шли вразрез с устойчивым в глазах людей образом римлянина: гражданин Рима не работает! Для работы существуют рабы и рабочая скотина. А ведь Павел был римским гражданином, и то, что он занимался ручным трудом, казалось чем-то странным.

Во-вторых, в Греции, — а не забудем о том, что Коринф — большой греческий город, — занятие духовными предметами (философией, религией) ставилось неизмеримо выше презренной, с их точки зрения, физической работы. Отсюда и пренебрежение к ручному труду со стороны парящих в духовных высотах коринфян.

Однако Апостол вырос в других традициях. Он воспитан на Священном Писании, которое не знает такого противопоставления ручного и интеллектуального труда. Но ещё важнее то, что он не желал никаким образом дискредитировать свою проповедь, не желал полагать никакого препятствия на пути спасительного Слова Божия о Христе. Он стремился избегать всякого впечатления, будто он рассматривает проповедь Евангелия как заработок на хлеб.

Это бродячие философы зарабатывали себе на жизнь проповедью той или иной философии. Нет, апостол Павел — не философ, он посланник Господа; он нёс людям не новую мировоззренческую систему, но сеял семена Духа, из которых вырастает преображённое человечество, глубоко изменяющего не свои философские взгляды на мир, но изменяющего свою жизнь в её глубине и сущности.

Чему же учат нас слова апостола Павла, на первый взгляд имеющие отношения только к частному случаю его жизни и проповеди? Они учат нас тому, что христианская свобода не есть бездумный произвол, она также не совпадает с правом, ни с естественным, ни с законным. Божественная свобода христианина имеет своим источником свободный Дух Божий, определяющий направление воли и поведение христианина, тот Дух, Который ведёт людей не к разрушению, а к созиданию спасительного дела Христова на земле.

архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

Молитвы перед иконой Богородицы «Одигитрия»

К кому возопию, Владычице? К кому прибегну в горести моей, аще не к Тебе, Госпоже Владычице Богородице, Царице Небесная? Кто плач мой и воздыхание мое приимет, аще не Ты, о, Пренепорочная, Надеждо христиан и Прибежище грешным? Приклони, о, Пречистая Владычице, ушеса Твоя к молению моему, Мати Бога моего, не призри мя, требующа Твоея помощи, услыши стенание мое и вопль сердца моего внуши, о, Госпоже Богородице Царице. И подаждь ми радость душевную, подкрепи мя нетерпеливаго, унылаго и нерадиваго к Твоему хвалению. Вразуми и научи мя, како Тебе молитися подобает, и не отступи от мене, Мати Бога моего, за роптание и нетерпение мое, но буди ми покров и заступление в жизни моей и приведи мя к тихому пристанищу блаженнаго онаго покоя, и сопричти мя к лику избраннаго Твоего стада и тамо удостой мя воспевати и славити Тя во веки. Аминь.

Молитва иная
О, Пречудная и Превышшая всех тварей Царице Богородице, Небеснаго Царя Христа Бога нашего Мати, Пречистая Одигитрие Марие! Услыши нас грешных и недостойных в час сей молящихся и припадающих к Твоему Пречистому Образу со слезами и умиленно глаголющих: изведи нас от рова страстей, Владычице Преблагая, избави нас от всякия скорби и печали, огради от всякия напасти и злыя клеветы, и от неправеднаго и лютаго навета вражия. Можеши бо, о Благодатная Мати наша, от всякаго зла сохранити люди Твоя и всяким благодеянием снабдити и спасти; разве Тебе иныя Предстательницы в бедах и обстояниях, и теплыя Ходатаицы о нас, грешных, не имамы. Умоли, Госпоже Пресвятая, Сына Твоего Христа Бога нашего, да удостоит нас Царствия Небеснаго; сего ради всегда славим Тя, яко Виновницу спасения нашего, и превозносим святое и великолепное имя Отца и Сына и Святаго Духа, в Троице славимого и поклоняемаго Бога, во веки веков. Аминь.

Тропарь Пресвятой Богородице пред иконой Ея «Одигитрия» Смоленская
К Богородице прилежно ныне притецем,  грешнии и смиреннии, и припадем, в покаянии зовуще из глубины души: Владычице, помози, на ны милосердовавши, потщися, погибаем от множества прегрешений, не отврати Твоя рабы тщи,  Тя бо и едину надежду имамы.

Кондак
Предстательство христиан непостыдное, ходатайство ко Творцу непреложное, не презри грешных молений гласы, но предвари, яко Благая, на помощь нас, верно зовущих Ти: ускори на молитву и потщися на умоление, предстательствующи присно, Богородице, чтущих Тя.

Иной кондак
Не имамы иныя помощи, не имамы иныя надежды, разве Тебе, Владычице, Ты нам помози, на Тебе надеемся и Тобою хвалимся, Твои бо есмы раби, да не постыдимся.

10 августа — память Смоленской иконы Божией Матери «Одигитрия»

Согласно Церковному Преданию первую подобную икону Богородицы с Младенцем написал апостол и евангелист Лука. В середине V века этот образ вместе с другими святынями был привезен из Святой Земли в Константинополь императрицей Евдокией, супругой императора Феодосия Младшего. Некоторые источники сообщают, что икону поместили в храме женского монастыря Одигон, но на Страстную седмицу икона из обители переносилась в императорский дворец. Рядом с монастырем был источник, исцелявший незрячих. Монахини заботились о приходивших к источнику. Местность получила название «место проводников» или «место вождей», а монастырь стал именоваться Одигон — «Проводник», «Путеводитель». По названию монастыря главная святыня — икона Богоматери — стала именоваться Одигитрией. Первоначально данное как топографическое название наделялось и глубоким смыслом: Богоматерь — путеводительница верующих, наставляющая на истинный пусть и ограждающая от врага. Икона была одной из самых почитаемых святынь Константинополя, считалась защитницей города. Во время нападения врагов образ поднимали на городские стены.

Исследователи полагают, что, именно с иконой монастыря Одигон по вторникам совершался крестный ход по всему Константинополю. Во время этой молебной процессии регулярно происходило чудо, которое описал русский паломник Стефан Новгородец, посетивший столицу Византии в 1348 или 1349 году. Тяжелую большую икону переносил по площади всего один человек. «Ту икону в каждый вторник выносят. Удивительное это зрелище: тогда сходится весь народ, и из других городов приходят. Икона же эта очень большая, искусно окованная, и певцы, идущие перед нею, красиво поют, а весь народ с плачем восклицает: «Господи, помилуй!»

Согласно одному из вариантов предания, написанная апостолом Лукой и принесенная из Святой Земли икона попала во Влахернский храм, где тоже был целебный источник и где хранились другие святыни: риза и часть пояса Богородицы. Возможно, во Влахернской церкви был поставлен один из списков, сделанный с первоначальной иконы кисти апостола. Известно, что с оригинального образа было сделано несколько списков, которые прославились чудесами. В любом случае, во Влахернском храме находилась особо чтимая икона Богородицы Одигитрии.

Многочисленные списки чудотворного образа Богоматери Одигитрии отправлялись во все концы империи и за ее пределы. Из Византии иконографический тип Одигитрии попадает на Русь, где по месту создания, пребывания или чудесного обретения подобные иконы получали названия: Торопецкая, Смоленская, Тихвинская, Иверская, Седмиезерная, Казанская.

Икона Богоматери Одигитрии, получившая название «Смоленская», прибыла на Русь в середине XI века. В 1046 году византийский император Константин IX Мономах благословил этой иконой свою дочь Анну на брак с князем Всеволодом, сыном Ярослава Мудрого. После смерти Всеволода его сын, Владимир Мономах, перенес икону в Смоленск, где был заложен храм Успения Богородицы, в котором впоследствии и разместили святыню.

Согласно преданию, когда в 1239 году к Смоленску подошли полчища хана Батыя, город был избавлен от разорения по заступничеству Богоматери. Воин по имени Меркурий, молясь перед иконой, получил указание Богородицы сразиться со стоящим у стен врагом. Монголы видели, что Меркурию помогают в бою молниеносные мужи и лучезарная Жена. Охваченные ужасом, бросая оружие, враги бежали, гонимые неведомой силой. Меркурий принял в бою мученическую кончину и был причислен Церковью к лику святых.

В конце XIV или начале XV века икона Богоматери Одигитрии была принесена из Смоленска, захваченного Великим княжеством Литовским, в Москву, где как особо чтимая святыня поставлена в Благовещенском соборе. В 1456 году в Москву прибыл епископ Смоленский Мисаил в сопровождении наместника города и знатных горожан. Смоляне просили московского великого князя Василия Васильевича Темного вернуть икону в Смоленск. Князь, видя в этом шаге залог будущего воссоединения Смоленска с Москвой, решил вернуть святыню. В 1666 году древняя Смоленская икона была вторично в Москве: ее привозил сюда для поновления потемневшей от времени живописи архиепископ Смоленский Варсонофий.

В 1812 году, во время нашествия французов, икона была вынесена из Смоленска епископом Иринеем (Фальковским) и доставлена в Москву, где жители могли помолиться перед ней в Успенском соборе. В день Бородинской битвы, 26 августа, москвичи крестным ходом со Смоленской, Иверской и Владимирской иконами обходили вокруг Белого города, Китай-города и Кремлевских стен. Перед занятием Москвы французами, Смоленская икона была отправлена в Ярославль, где она оставалась до самого окончания Отечественной войны, а затем вернулась в Смоленск. Находившаяся до 1941 года в Успенском соборе Смоленская икона почиталась как первоначальная, привезенная из Константинополя. Во время II мировой войны древняя икона бесследно исчезла.

Определяющая богословская идея этого образа — пришествие в мир Сына Божия, воплощение Бога ради спасения человечества. Хрупкий Младенец — это Небесный Царь и Грядущий Судия. Жест правой руки Богоматери может трактоваться не только как молитвенный, выражающий Ее личное моление Богу. Этим жестом Богородица как бы указывает верующим на Того, к Кому должны быть обращены их помыслы и молитвы.

Молитвы святому великомученику Пантелеимону

О, великий Христов угодниче и преславный Целебниче, великомучениче Пантелеимоне!Душею на Небеси Престолу Божию предстояй и Триипостасныя Его славы наслаждаяйся, телом же и ликом святым на земли в Божественных храмех почиваяй и данною ти свыше благодатию различная чудеса источаяй, призри милостивным твоим оком на предстоящия люди, честней твоей иконе умильно молящияся и просящия от тебе целебныя помощи и заступления; простри ко Господу Богу нашему теплыя твоя молитвы и испроси душам нашим оставление согрешений. Се бо мы, за беззакония наша не смеюще возвести очеса наша к высоте небесней, ниже вознести глас молебный к Его в Божестве неприступней славе, сердцем сокрушенным и духом смиренным тебе, ходатая милостива ко Владыце и молитвенника за ны, грешныя, призываем, яко ты приял еси благодать от Него недуги отгоняти и страсти исцеляти.

Тебе убо просим: не презри нас, недостойных, молящихся тебе и твоея помощи требующих.
Буди нам в печалех утешитель, в недузех лютых страждущим врач, напаствуемым скорый покровитель, очесем недугующим прозрения датель, ссущим и младенцем в болезнех готовейший предстатель и исцелитель: исходатайствуй всем вся, яже ко спасению полезная, яко да твоими ко Господу Богу молитвами получивше благодать и милость, прославим всех благих Источника и Дароподателя Бога, Единаго в Троице Святей славимаго Отца и Сына, и Святаго Духа ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Молитва иная

О великий угодниче Христов, страстотерпче и врачу многомилостивый, Пантелеимоне!Умилосердися надо мною, грешным рабом, услыши стенание и вопль мой, умилостиви Небеснаго, Верховнаго Врача душ и телес наших, Христа Бога нашего, да дарует ми исцеление от гнетущаго мя недуга. Приими недостойное моление грешнейшаго паче всех человек. Посети мя благодатным посещением. Не возгнушайся греховных язв моих, помажи елеем милости твоея и исцели мя: да, здрав сый душею и телом, остаток дний моих, благодатию Божиею,
возмогу провести в покаянии и угождении Богу и сподоблюся восприяти благий конец живота моего.

Ей, угодниче Божий! Умоли Христа Бога, да предстательством твоим дарует ми здравие телу и спасение души моей. Аминь.
Молитва иная (благодарственная, после исцеления от болезни)

Святый великомучениче, целителю и чудотворче Пантелеимоне, всеизрядный угодниче Божий и молитвенниче присный христиан православных!

Достойно наречен еси Пантелеимоном, еже есть всемилостивый, яко, прияв от Бога благодать молитися за ны и болезни целити, ты богатно подаеши всем, к тебе притекающим, различная исцеления и вся к жизни временней и ко спасению потребная: его ради и мы недостойнии, сподобившеся твоея милости, паки пред святою твоею иконою прибегаем к тебе, и прославляюще тя, яко искренняго угодника Божия, нашего же вернаго молитвенника и исцелителя, усердие благодарим тя и подателя всех благ Господа Бога нашего о великих благодеяниих, от Него тобою нам бывших.

Приими убо милостивно малое сие молитвенное благодарение наше, зане не имамы ино что по достоянию воздати тебе, и прочее время живота нашего не лиши нас, немощных и грешных, твоея помощи и молитвеннаго ходатайства у Господа Бога нашего, Емуже подобает всякая слава, благодарение и поклонение, Отцу и Сыну и Святому духу, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Тропарь великомученику и целителю Пантелеимону

Страстотерпче святый и целебниче Пантелеимоне, моли Милостивого Бога,
да прегрешений оставление подаст душам нашим.

Кондак

Подражатель сый Милостиваго, и исцелений благодать от Него прием,
страстотерпче и мучениче Христа Бога,
молитвами твоими душевныя наша недуги исцели,
отгоня присно борца соблазны от вопиющих верно: спаси ны, Господи.

Величание

Величаем тя, страстотерпече святый великомучениче и целебниче Пантелеимоне,
и чтим честная страдания твоя, яже за Христа претерпел еси.

ЖИТИЕ СВЯТОГО ВЕЛИКОМУЧЕНИКА ПАНТЕЛЕИМОНА

Сретенский листок №120

Молитва перед Почаевской иконой Божией Матери

Pochaivska_ikona (1)

К Тебе, о Богомати, молитвенно притекаем мы, грешнии, чудеса Твоя, во святей лавре Почаевстей явленная, поминающе и о своих сокрушающеся прегрешениих. Вемы, Владычице, вемы, яко не подобаше нам, грешным, чесого просити, токмо о еже Праведному Судии беззакония наша оставити нам. Вся бо нами в житии претерпенная, скорби же, и нужды, и болезни, яко плоды падений наших прозябоша нам, Богу сия на исправление наше попущающу. Темже вся сия истиною и судом Своим наведе Господь на грешныя рабы Своя, иже в печалех своих к заступлению Твоему, Пречистая, притекоша и во умилении сердец к Тебе взывают сице: грехов и беззаконий наших, Благая, не помяни, но паче всечестнеи руце Твои воздвигши, к Сыну Твоему и Богу предстани, да люте содеянная нами отпустит нам, да за премногая неисполненная обещания наша лица Своего от рабов Своих не отвратит, да благодати Своея, спасению нашему пособствующия, от душ наших не отымет. Ей, Владычице, буди спасению нашему Ходатаица и, малодушия нашего не возгнушавшися, призри на стенания наша, яже в бедах и скорбех наших пред чудотворным Твоим образом возносим. Просвети умиленными помыслы умы наша, веру нашу укрепи, надежду утверди, любве сладчайший дар сподоби нас прияти. Сими убо, Пречистая, дарованьми, а не болезньми и скорбьми живот наш ко спасению да возводится, но, от уныния и отчаяния души наша ограждающи, избави нас, маломощных, от находящих на ны бед, и нужд, и клеветы человеческия, и болезней нестерпимых. Даруй мир и благоустроение жительству христианскому предстательством Твоим, Владычице, утверди Православную веру в стране нашей и во всем мире. Церковь Апостольскую и Соборную умалению не предаждь, уставы святых отец на веки непоколебимы сохрани и всех к Тебе притекающих от рова погибельнаго спаси. Еще же и ересию прельщенных братий наших или веру спасительную в греховных страстех погубивших паки ко истинней вере и покаянию приведи, да вкупе с нами, Твоему чудотворному образу покланяющеся, Твое предстательство исповедят. Сподоби убо нас, Пресвятая Госпоже Богородице, еще в животе сем победу истины Твоим заступлением узрети, сподоби нас благодатную радость прежде кончины нашея восприяти, якоже древле насельники Почаевския Твоим явлением победители и просветители агарян показала еси, да вси мы благодарным сердцем вкупе со Ангелы, и пророки, и апостолы, и со всеми святыми, Твое милосердие прославляюще, воздадим славу, честь и поклонение в Троице певаемому Богу Отцу, и Сыну, и Святому Духу, во веки веков. Аминь.

МЫСЛИ О ГЛАВНОМ
  • Самих себя должно нам считать грешнейшими всех и всякое дурное дело прощать ближнему, а ненавидеть только диавола, который прельстил его. преподобный Серафим Саровский
ПОМОЧЬ СТРОИТЕЛЬСТВУ ХРАМА
Храм Сретения Господня © 2012 - 2018 . Все права защищены.